Факультет

Студентам

Посетителям

Орудия добывания животных и техническое оснащение угодий

Основная масса животных добывается в процессе ружейной охоты. Охотничье огнестрельное оружие по типам, системам и конструкции очень разнообразно, и это понятно, так как объектами охоты являются самые различные птицы и звери (от перепела и гаршнепа до медведя и лося), а условия проведения промысловых и спортивных охот предъявляют к охотничьему оружию далеко не одинаковые требования.

Современное огнестрельное оружие прежде всего подразделяется на гладкоствольное и нарезное. Первое служит в основном для стрельбы дробью и имеет гладкие каналы отвалов. Второе предназначено для стрельбы пулей и в канале стволов имеет винтообразные нарезы, проходя по которым пуля приобретает вращательное движение, что повышает точность ее полета. Дробовые ружья позволяют сделать быстрый выстрел по движущейся цели (когда у охотника нет времени на тщательное выцеливание), но на сравнительно небольшом (30—40 м) расстоянии. Пулевое оружие требуется для дальней стрельбы (несколько сотен метров) и в условиях, где имеется возможность для относительно тщательного прицела.

В обоих случаях имеются одноствольные, и многоствольные (чаще двуствольные) модели. Первые могут быть однозарядными или многозарядными, имеющими магазинную коробку на 3—5 патронов. Они после выстрела подаются на место выброшенной из патронника пустой гильзы быстро действующим механизмом, который приводится в действие или самим охотником, или (в самозарядных ружьях) работает автоматически под воздействием силы отдачи, пороховых газов в момент выстрела. Во втором типе ружей количество зарядов (патронов) соответствует количеству стволов.

По системе запирания ствольных камер охотничье оружие включает модели со стволами, качающимися на шарнире (так называемые «переломки»), и модели с неподвижно закрепленными стволами, но подвижным (скользящим, опускающимся или поворачивающимся) затвором. У двуствольных ружей стволы могут быть спаяны друг с другом в горизонтальной или вертикальной плоскости, причем здесь (как и в трех-, и четырехствольных ружьях) возможны самые различные сочетания стволов по типу (гладкий, нарезной) и калибру. Калибр (т. е. внутренний диаметр канала ствола у дробовых ружей) определяется условными обозначениями 12, 16, 20 и т. д., когда-то соответствовавшими количеству круглых пуль, получаемых из одного фунта чистого свинца (чем меньше может быть отлито пуль, тем каждая из них больше, а, следовательно, больше и калибр ружья). В настоящее время величины калибра соответствуют стандартным диаметрам канала ствола.

В нарезном оружии в большинстве стран калибр также определяется в миллиметрах, в Англии в тысячных, а в США в сотых долях дюйма. Например, калибр нашей обычной мелкокалиберной винтовки (5,6 мм) по английским маркам будет обозначаться как 220-й, по американским — как 22-й и т. д. Диаметр канала ствола в нарезном оружии постоянен на всем протяжении. В дробовом оружии канал не обязательно имеет цилиндрическую форму, он может быть коническим (сужающимся постепенно от патронника к дульному срезу) или цилиндрическим и с сужением перед дульным срезом. Дульное сужение называется «чоком» и может иметь диаметр на 0,25—1,25 мм меньше основного диаметра канала ствола. Чем сильнее чок, тем выше кучность боя ружья, т. е. меньше диаметр разлета дробового снаряда. Калибр дробовых ружей определяет величину заряда пороха и снаряда дроби, а значит, и ширину ее осыпи. Поэтому попасть в цель из ружья крупного калибра много легче. Ружья мелких калибров требуют значительно большей точности прицела. Калибр нарезных ружей определяет диаметр, массу, а, следовательно, и убойную силу пули при соответствующем заряде пороха.

Среди охотничьих ружей есть модели с наружными и внутренними курками, с разными системами запирающих и ударных механизмов, разными формами лож и т. д. Конструкторская мысль неустанно искала лучших решений в плане надежности, удобства и универсальности охотничьего оружия и продолжает их искать до настоящего времени. Особенно много усилий было затрачено на попытки создания универсального ружья, позволяющего с одинаковым успехом охотиться на всех представителей нашей охотничьей фауны от самых мелких до самых крупных видов, что важно для промысловой охоты. Так, пытались модернизировать сверловку дробовых ружей с тем, чтобы улучшить их бой пулей (сверловки «парадокс» и Ланкастера). Разрабатывались и четырехствольные модели с разными типами и калибрами стволов. Предлагались вкладные нарезные стволики, позволявшие стрелять пулевыми патронами из дробовых ружей. Удовлетворительного решения пока не достигнуто, хотя отдельные системы, главным образом сочетающие в одном ружье дробовой и пулевой стволы, многих охотников устраивают. Стрельба из нарезного охотничьего оружия, за очень редкими исключениями, ведется готовыми патронами фабричного изготовления. Следовательно, говорить о правилах снаряжения патронов нет необходимости.

Стрельба же из дробовых ружей, хотя в последние годы готовые патроны к ним также изготовляются, все же чаще ведется: патронами своей зарядки. Деталям этого процесса посвящена целая серия специальных статей и разделов книг, и мы остановимся только на общих и особенно важных моментах.

Любое отдельно взятое ружье требует своего заряда и снаряда, т. е. совершенно определенного соотношения в патроне количества пороха и дроби. Только в этом случае ружье может показать наилучший присущий ему бой. Следовательно, каждое ружье нуждается в пристрелке по мишеням, в процессе которой и выявляется оптимальное для него соотношение. Однако эти варьирования в количестве пороха и дроби ни в коем случае не должны превышать пределов, установленных для ружей соответствующего калибра.

При стрельбе из дробового ружья специальной свинцовой пулей (Якана, Бреннеке, круглой, журбинной и т. д.) навеска пороха может быть увеличена на 10% по отношению к заряду. Отдельные охотничьи ружья даже одного и того же калибра имеют разный вес. Использование для легких ружей предельного заряда вызывает сильную отдачу (толчок ложа ружья в плечо и скулу охотника), следовательно, для них заряды следует делать меньше, чем для тяжелых ружей.

Вообще злоупотребление большими зарядами ни к чему хорошему не ведет. Бой ружья от этого, как правило, лучше не становится, ружье быстрее расшатывается, а сильная отдача: доставляет стреляющему мало удовольствия. Превышение же допустимых размеров массы пороха и дроби попросту опасно, так как легко может повести к разрыву ружья и травме охотника.

К бою дробового ружья предъявляются три требования. Он должен быть точным, т. е. снаряд дроби должен падать туда, куда охотник прицелился; кучным — большая часть дробин попадает в мишень недалеко друг от друга, образуя равномерный и густой круг осыпи; резким — дробины на расстоянии 30—40 м ударяют в мишень с силой, достаточной, чтобы остановить на месте зверя или птицу. Сила удара слагается из массы дробины (или пули) и скорости ее движения к цели. Резкость считается хорошей, если на уже указанном расстоянии дробины входят в сухую сосновую доску на глубину двух своих диаметров. При постоянном весе дробового снаряда увеличение заряда пороха ведет к повышению резкости, но снижению кучности и наоборот.

Дробь выпускается 16 диаметров или номеров (с 10 до 000000). Дробина десятого номера имеет диаметр 1,75 мм, диаметр каждого последующего номера больше на 0,25 мм. Дробины, имеющие диаметр более 5,75 мм, называются картечью.

Понятно, что чем крупнее дробь, тем больше масса каждой дробины, тем дальше (при равной начальной скорости) ее полет и сильнее удар по цели. Однако с увеличением размера дроби их количество в снаряде определенного веса уменьшается, они летят более редко, и в стандартную по площади мишень их попадает меньшее количество. Таким образом, номер используемой охотником дроби должен соответствовать объектам его охоты: чем мельче дичь, тем мельче дробь. Попытки нарушения этого правила не рациональны. Крупная дробь на близком расстоянии чирка или вальдшнепа рвет чуть ли ни в клочья, на дальних расстояниях не попадает в них вообще или попадает какой-нибудь одной дробиной и птицы улетают, потом погибая. Мелкая дробь крупных животных также может только ранить. Принято считать, что в животное должно попасть не менее трех дробин соответствующего номера, иначе эффект выстрела ненадежен.

Принципиальные различия спортивной и промысловой охоты определяют и разные требования к используемым при них типам ружей. Охотники-спортсмены, стреляя чаще всего по движущейся (летящей или бегущей) цели и более или менее равнодушные к стоимости расходуемых ими боеприпасов, предпочитают дробовые ружья 12 и 16 калибров, число любителей 20 калибра невелико.

Охотники-промысловики, стреляющие преимущественно по неподвижным целям (загнанные собакой на дерево мелкие пушные звери) и всегда экономящие боеприпасы, отдают предпочтение дробовым ружьям малых калибров (28, 32), а там, где условия это позволяют, — мелкокалиберной винтовке. Однако последняя неудобна тем, что при встрече с крупным, да еще и опасным зверем охотник оказывается практически безоружным. Поэтому на промысле особенно ценятся ружья, имеющие один ствол для стрельбы дробью, а при нужде пулей и другой — нарезной калибра 5,6 мм.

Охотники-спортсмены могут позволить себе роскошь охотиться с тяжелыми, конструктивно сложными и очень требовательными к. уходу и качеству патронов многозарядными, а также с самозарядными ружьями. При спортивной охоте владелец ружья, имеет все условия для тщательного снаряжения патронов и для неустанного ухода за оружием и, наконец, для быстрого его ремонта в случае поломки.

Для охотников-промысловиков тяжелое ружье — лишний груз, а простота, надежность и безотказность конструкции ружья — обязательное требование. В условиях долгих месяцев промысла у них нет возможности ни для тщательного ухода за оружием, ни для ювелирного снаряжения патронов, не говоря уже о возможности починки ружья. Только при охоте на крупных животных требования спортсменов и промысловиков к качеству оружия более или менее совпадают. И тем, и другим нужно оружие достаточно большого калибра с дальним и точным боем.

На протяжении тысячелетий и задолго до того, как появились первые примитивные образцы огнестрельного оружия, люди добывали животных с помощью всевозможных ловушек. Этот самоловный промысел сохранился и до наших дней. Типы существующих самоловов, как и принципы их действия, бесконечно разнообразны. Прежде всего, они подразделяются на стационарные и переносные ловушки. Первые устанавливаются в каком-то определенном месте, где и остаются на весь сезон, а то и на многие сезоны промысла. Вторые могут быть легко переносимы охотниками с места на место. Стационарные самоловы по принципу действия делятся в свою очередь на ямы, петли, рожны и самоловы опадного типа, в которых зверь или птица давятся силой падающего груза.

Замаскированные сверху ямы чаще всего устраняются в разрывах изгородей, пересекающих пути переходов животными. Такая изгородь с многочисленными проходами над выкопанными в земле ямами называется лудевой и тянется иногда на десятки километров. К одиночным земляным ямам животных привлекают приманкой, выложенной в самой яме или над ней. Ямы маскируются тонким настилом из ветвей, листьев и лесного хлама, который проламывается под тяжестью ступившего на него зверя. Реже над ямой устраивается качающийся на оси помост. Используют ямы для отлова копытных и крупных хищников.

К ловушкам этого же типа относятся ледянки, применяемые на промысле мелких куньих. Для приготовления ледянки наполненное водой ведро выставляется на мороз. После того как вода замерзнет с поверхности, у дна и стенок ведра на толщину 2—3 см, в центре сверху просверливается отверстие до 5 см в диаметре, через которое незамерзшая вода выливается. Затем ведро заносят в тепло, чтобы. оставшаяся в нем ледяная капсула отделилась от металла. Когда это произойдет, ее вынимают и вновь выставляют на мороз. Ледянку устанавливают, зарывая в снег вровень с его поверхностью, и кладут в нее какую-нибудь приманку. Пробуя достать последнюю, горностай или колонок спрыгивает в ледянку через верхнее отверстие, а выбраться обратно не может. Ловушки типа «морды», «садка» и «ковша» для отлова тетеревов, хотя и не являются ямами, но действуют по сходному принципу: севшая на них сверху птица проваливается в корзину, где и остается до прихода охотника.

Гораздо более сложным сооружением является кормушка-ловушка для песца. Это крытое помещение размером 3×3 и высотой до 2—3 м. С земли в чердачную era часть ведет узкий проход или ловчая труба сечением 30×30 см с проваливающимся полом. Привлеченный запахом приманки песец поднимается по трубе и проваливается в нижнее помещение ловушки. Подвижная часть пола под действием противовеса занимает прежнее положение и вновь готова опуститься под следующим вошедшим в трубу зверей.

Петельные орудия лова, как говорит само их название, рассчитаны на то, что зверь или птица попадают в расставленную (положенную на землю, подвешенную над землей, укрытую где-то) петлю, которую они чаще всего сами затягивают на себе. В некоторых ловушках петля затягивается каким-либо приспособлением (падающим грузом, выпрямляющимся деревцем и т. д.). Петлями, в разных вариантах их установки, ловят самых различных животных: лося, медведя, куропатку и горностая.

Многообразна группа опадных самоловов или ловушек давящего типа. Сюда относятся пасти на песца и лисицу, слопцы на глухаря, кулёмки, плашки и проскоки для ловли мелких куньих и белки. Принцип их работы одинаков. Груз (чаще всего бревно или несколько скрепленных бревен) с помощью того или иного приспособления, носящего название насторожки, удерживается в приподнятом положении. Зверь или птица, чаще всего пытаясь достать приманку, а реже пробуя пройти сквозь ловушку, сдвигают насторожку. Последняя освобождает груз и он падает, убивая животное.

Стационарные самоловы иногда в очень больших количествах (до 1000 шт. и более) устанавливаются вдоль троп, по которым охотник периодически осуществляет их осмотр. Такая тропка с установленными вдоль нее ловушками носит название промыслового путика.

К переносным самоловам относятся капканы, черканы и ящичные ловушки. Капкан — это металлическая ловушка, в которой смыкающиеся под воздействием силы пружины дуги (или дуга) захватывают и зацепляют лапу наступившего на капкан зверя. Некоторые капканы ловят зверя не за лапу, а убивают его ударом дуги. Капканы изготавливаются разных размеров (номеров) и с разной силой пружины в соответствии с тем, на отлов каких животных они рассчитаны. Устанавливаются они у приманки на тропах животных и в местах, которые последними постоянно посещаются. Кротоловки устанавливаются в подземных ходах кротов, древесные капканы — на стволах деревьев. Черканы представляют собой деревянные ловушки, убивающие животных ударом тупой или острой стрелы, действующей под силой упругости лука. Применяются они главным образом для отлова горностая, колонка, соболя и других мелких куньих и устанавливаются у входа в норы этих животных, на их тропах или у искусственных нор, куда помещена приманка.

Наконец, третья группа переносных самоловов — это ловушки ящичного типа и типа вентеря. Используются они как для отлова животных на шкурку, так и для получения зверей живыми в целях их дальнейшего расселения. Ловушки ставятся с приманкой в прорубях (верша на ондатру), у выходов из нор (верша на бобра). В последнем случае они являются орудиями активного лова (зверя, укрывшегося в норе, выпугивают в ловушку и тут же из нее извлекают).

Отлов животных осуществляется довольно часто с помощью сетей (тропники на зайцев, тенета, вентери на куропаток, шатры), но это уже не самоловы, так как животных в них загоняют или во всяком случае человек непосредственно присутствует при ловле.

Целесообразность использования в тех или иных условиях промысла отдельных типов и образцов самоловов — проблема более, чем актуальная. Существуют виды животных, добыча которых возможна и осуществляется в разных районах чуть ли не десятками различных ловушек. Это может объясняться тем, что с незапамятных времен в каждом отдельном районе ловушки данного вида были сконструированы и с тех пор традиционно передавались от одного поколения охотников к другому, или тем, что в конкретных условиях каждого района именно такие ловушки особенно выгодны и отличаются наибольшей уловитостью. Оба этих утверждения, вероятно, правильны, так как, с одной стороны, охотники, например, Европейского севера не имеют представления о черкане, а охотники степного Зауралья даже и не слыхивали о плашке, с другой стороны, многие типы ловушек явно рассчитаны на особенности поведения зверя, характерные для определенной местности. Так, в частности, проскок-ловушка, обычно устанавливаемая без приманки там, где горностаи или колонки бегают особенно часто, наиболее распространена в районах, где пути перемещений этих зверьков характером угодий концентрированы в определенных местах (по руслам узких протоков и ручьев, вокруг стогов и т. д.). И все же проблема определения наиболее эффективных видов самоловов и способы их установки для разных природных условий до настоящего времени полностью не решены.

Аналогичная картина наблюдается и с приманками, которые используются охотниками для привлечения животных к ловушкам. Перечень этих приманок известен, их эффективность в отдельные годы и в определенных конкретных условиях доказана, однако случаев, когда самые надежные, многократно испытанные приманки вдруг перестают привлекать зверя и наоборот, когда самые неожиданные наживки начинают «работать», более чем достаточно. Испытания самых разнообразных кормовых, пахучих и зрительных приманок (включая разные сорта колбасы и сыра, нафталин и валерьяновые капли, тряпочки и клочки меха разных цветов) неоднократно проводились в широких масштабах, но к допускающим обобщения результатам не привели. Объяснить это вероятнее всего можно тем, что испытания, как правило, проводились без учета кормовой ситуации того или иного года, а это не может не сказаться на привлекательности для зверя различных кормов и запахов. Насколько сложна и многогранна данная проблема, показывают исследования С. А. Корытина (1979), сводка которых приводится в его работе «Поведение и обоняние хищных зверей». Таковы краткие сведения об орудиях добывания охотничьих зверей и птиц.

Говорить о целесообразности использования тех или иных орудий можно лишь по отношению к промыслу, так как в области спортивной охоты несомненная монополия принадлежит ружью. Каковы же достоинства и недостатки ружейного и самоловного промысла?

Основным преимуществом ружейной добычи животных является то, что она не требует длительной трудоемкой подготовки к промыслу (изготовления самоловов, их установки, прочистки промысловых путиков, заготовки приманки) и допускает широкое маневрирование при проведении охоты. Территориальное размещение объектов промысла по годам и даже сезонам зачастую меняется очень сильно. Там, где животные концентрировались в прошлом году, их на следующий год может не быть. В угодьях, где к началу промысла белки или соболя много, к концу сезона их численность может сократиться. Охотнику-ружейнику все эти перемещения не страшны. Ни что не мешает ему охотиться там, где зверя или птицы в данное время больше, и приноравливать характер охоты к численности животных и составу охотничьих угодий. С одинаковым успехом он может вести стационарный промысел (осваивать угодья из какой-то одной промысловой избушки) или осуществлять ходовые опромышления территории, постоянно меняя места своих стоянок и охоты. Добытые звери сразу же попадают ему в руки, что исключает возможность порчи их всевозможными хищниками.

Но у ружейного промысла есть и свои недостатки. Прежде всего, его успешность определяется характером охотничьих угодий, главным образом их защитными свойствами. В густых, высокоствольных темнохвойных лесах на поиски, а главное на высматривание найденной собакой белки уходит так много времени, что ружейная добыча становится нерентабельной.

Мы видим, что, хотя плотность населения белки в темнохвойной тайге почти втрое выше, чем в светлохвойной, на отыскание одного зверька в них уходит примерно одинаковое время. Затраты же времени на высматривание и добычу одной белки в первом случае в 7 раз больше, чем во втором. Кроме того, на отстрел одного зверька в темнохвойной тайге тратится в среднем почти втрое больше выстрелов, что для охотника-промысловика далеко не безразлично.

Степень защищенности угодий для соболя прежде всего зависит от наличия в них каменистых россыпей. По этому признаку все соболиные угодья можно разделить на каменистые и мшистые. Хотя в первых обнаружить свежий след зверя собаке легче (так как плотность населения соболя тут больше), но загнать соболя в какое-либо убежище ей труднее, поскольку нагромождение, камней и пустоты в них мешает быстрому передвижению лайки. Спрятавшегося между камнями соболя охотнику добыть трудно. Иногда это и вообще не удается, так как никакими ухищрениями охотник не может выгнать его из укрытия. Поэтому трудоемкость добычи соболей в разных угодьях не одинакова. В общей сложности на поиски, преследование и добычу одного соболя в каменистых угодьях тратится вдвое больше времени, чем в угодьях мшистых.

Далее ружейный промысел обычно дает хорошие результаты только в первую половину сезона, пока сильные морозы и глубокие снега не начинают мешать работе лайки и передвижению самого охотника. Наконец, каждый выстрел стоит денег, а пробитые пулькой или дробью шкурки животных теряют часть своей ценности. Поэтому, хотя рассказы о стрельбе зверя «в глаз» и сильно преувеличены, но стрельба соболя, куницы или белки из винтовки «по головке» на промысле дело обычное.

Всех этих недостатков лишен промысел с применением самоловов. Характер угодий и условия погоды на добычливость охоты здесь влияют лишь постольку, поскольку они определяют численность животных и активность их поведения. Самоловы служат обычно долго и не требуют ежегодных затрат на приобретение боеприпасов. Они «работают» круглосуточно на протяжении всего сезона промысла и дают бездефектную пушнину. В ряде случаев их могут обслуживать (проверять, доставать из них пойманную добычу и вновь настораживать) женщины и подростки.

Но есть у самоловного промысла и свои отрицательные особенности. Изготовление и расстановка самоловов стационарного типа — дело трудоемкое. Например, на изготовление и расстановку по путику 200 плашек необходимо от 15 до 25 человеко-дней. Самоловы же переносного типа охотник нередко теряет, так как они заносятся снегом, ломаются или утаскиваются попавшими в них животными, так что необходимое для промысла количество капканов или черканов приходится ежегодно пополнять. Заготовка приманки, ремонт ловушек, прочистка путиков требуют значительных затрат времени в непромысловый седой. Во время же промысла совершенно необходим регулярный и достаточно частый осмотр самоловов. В противном случае большинство попавшихся в них животных будут попорчены воронами, мышами и другими вредителями, а то и вовсе унесены, например, росомахами.

Все вышесказанное показывает, что наиболее рациональным является сочетание способов ружейной и самоловной добычи животных; тем более, что они вполне совместимы. Проверяя самоловы, охотник имеет полную возможность попутно охотиться с ружьем и лайкой. В зависимости от условий каждого года в разных по типу угодьях и в разные отрезки сезона он может делать упор на ружейную или на самоловную добычу, что всегда дает наивысшую производительность его труда.

И промысловое, и спортивное охотничье хозяйства предусматривают техническое оснащение угодий, т. е. устройство в них сооружений, необходимых для проведения охоты или промысла. В условиях последнего — это промысловые избушки, дороги, тропы и стационарные самоловы.

Количество промысловых баз или избушек определяется той средней площадью угодий, которая может быть освоена из одной точки. В угодьях таежного типа это примерно 120—150 км2. Характер опромышляемых угодий не требует изменения этой нормы, но предопределяет размеры строящихся избушек. Так, в богатые зверем угодьях, обладающих высокими защитными свойствами, один охотник при ружейном промысле может освоить около 50 км2. Следовательно, в таких угодьях каждая избушка должна быть рассчитана на жизнь 2—3 человек. В легкоопромышляемой светлохвойной тайге (при промысле белки) или угодьях мшистого типа (при промысле соболя), а также при добыче животных с помощью самоловов один охотник легко осваивает от 150 до 200 км2. Необходимые ему одна или две избушки строятся в расчете на жизнь одного человека. При ходовом промысле надобность в постройке избушек вообще отпадает. Охотники живут в палатках, перевозя их с собой, а места стоянок меняются в зависимости от численности и размещения зверя в угодьях. Для движения охотников в дни их переходов с места на место производится прочистка вьючных троп. Количество, длина и расположение последних целиком зависят от состава и конфигурации угодий, а также числа охотников, ведущих промысел. На 3—4 человека в среднем прокладывается тропа протяженностью от 600 до 800 км. Промысловые тропы приурочиваются к таким местам, где возможно передвижение на лошадях или оленях и где могут быть заготовлены корма или имеются пастбища для этих животных. Приблизительно в средней части промысловой тропы устраивается лабаз-склад, куда еще летом охотники завозят часть снаряжения и продовольствия.

При самоловном промысле техническое оснащение угодий включает создание промысловых путиков, т. е. прочищенных троп с установленными вдоль них ловушками. Длина одного путика должна соответствовать расстоянию, которое охотник, осматривая, наживляя и настораживая самоловы, может пройти за день. В среднем это 10 км, на которых расставлено около 200 ловушек. Поскольку проверка каждого путика должна проводиться никак не реже одного раза в 3—4 дня, охотник может обслуживать. 3—4 путика с 600—800 мм самоловами. Конфигурация путиков может быть двух типов. При наличии у охотника одной избушки каждый путик от нее начинается и у нее заканчивается, т. е. имеет кольцеобразную форму. При двух избушках путики прокладываются от одной до другой. Вопрос о количестве самоловов, необходимых для освоения той или иной площади угодий, до конца неясен. Вышеприведенные расчеты основаны на существующей практике промысла.

При опромыслении тундровых, степных или водных угодий нормы их технического оснащения ниже. На песцовом промысле передовые охотники используют до 900 пастей и капканов, осваивая до 300 км2 за сезон. На промысле ондатры один охотник осваивает до 1000 га, угодий, используя до 200—250 капканов.

Техническое оснащение угодий при ведении-спортивного охотничьего хозяйства включает строительство охотничьих баз для приема охотников, устройство стрелковых вышек или штреков-укрытий, закрывающих стоящего на земле охотника до пояса. И то, и другое сооружается на местах постоянных стрелковых, номеров, а в ряде случаев на местах устройства ловушек для отлова живых зверей и птиц. Целесообразные нормативы тут целиком определяются качеством охотничьих угодий и их территориальной пропускной способностью. Так, имея площадь используемых для охоты угодий, хозяйство стремится обычно где-то недалеко от них построить охотобазу. Вместимость последней должна строго соответствовать количеству охотников, которое она может вместить. Оснащение стрелковых линий вышками или штреками имеет смысл только там, где угодья из года в год обеспечивают возможность проведения загонных охот. Число ловушек должно быть согласовано с потребностями хозяйства в отлове животных, количеством мест концентрации и численностью последних.

Улучшение подъездных путей к местам охоты, четкое остолбление границ хозяйства и отдельных его частей, устройство скрадков для весенней охоты на тетеревиных токах и на водоплавающую дичь также входят в техническое оснащение угодий спортивного охотничьего хозяйства.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: