Факультет

Студентам

Посетителям

Проблема зоонозов на Дальнем Востоке

Проблема зоонозов (заболевания человека и животных) приобрела особо большое значение в настоящее время в связи со строительством на Дальнем Востоке Байкало-Амурской магистрали, Зейской и Буреинской ГЭС, промышленных предприятий, совхозов и колхозов.

Для юга Дальнего Востока свойственны многие зоонозы и природно-очаговые заболевания. Среди диких млекопитающих этого района имеется ряд видов хранителей и распространителей опасных инфекционных болезней.

Эпидемиологическое значение грызунов изучено в Приморье, Хабаровском крае и отчасти в Амурской области. Многие грызуны оказываются чрезвычайно восприимчивыми и чувствительными к различным инфекциям и зачастую сами являются главным резервуаром и носителем природно-очаговых заболеваний.

Возбудители известных на Дальнем Востоке 15 природных инфекций распространены среди разных видов грызунов. Микробиологические и серологические исследования показали, что наибольшее количество представителей патогенных микроорганизмов установлено у дальневосточных полевок (13), полевой мыши, пасюков и крысовидных хомячков (9), домовых мышей (7). Затем следуют азиатская лесная мышь, красно-серая полевка, черная крыса, даурский хомячок, ондатра, сибирская красно-серая полевка, мышь-малютка.

В работе И. В. Кузовикова «Изучение пространственного распределения мелких млекопитающих восточного участка трассы БАМа в связи с эпизоотологическим обследованием территории» (1978) приводятся данные, которые позволяют выделить здесь четыре отрезка: Эворонский (г. Комсомольск-на-Амуре — пос. Березовый), Верхнеамгуньский (пос. Березовый — ст. Сулук), Дуссе-Алинский (ст. Сулук — ст. Солони) и Ургальский (ст. Солони — ст. Ургал). В этой зоне выявлены возбудители туляремии, псевдотуберкулеза, лептоспироза и других болезней.

В Амурской области отмечаются отдельные случаи и даже периодические вспышки лептоспироза, геморрагической лихорадки, клещевого энцефалита, псевдотуберкулеза и лихорадки Ку, природные очаги которых связаны с широким распространением различных грызунов. В последнее время проведены исследования экологических группировок, особенностей расселения и динамики численности грызунов на территории Амурской области (В. А. Дымин и др., 1975). В пределах Зейско-Буреинской равнины выделено четыре эколого-фаунистических комплекса:

1. Комплекс луговых степей, для которого характерен даурский хомячок, узкочерепная полевка, длиннохвостый суслик, а в лесостепи — полевая мышь.

2. Комплекс заболоченных местообитаний, включающий восточную полевку, уйгурскую полевку, ондатру, крысу карако и мышь-малютку.

3. Лесной комплекс, куда входят: летяга, белка, бурундук, лесной лемминг, красная и красно-серая полевки, уйгурская полевка и азиатская лесная мышь.

4. Лесолуговой комплекс, наиболее смешанный по составу населяющих его грызунов, который включает лесные виды фауны (красная и красно-серая полевки, бурундук и лесная мышь) и обитателей луговых пространств (даурский хомячок, длиннохвостый суслик, унгурская полевка, полевая мышь и мышь-малютка).

На основе исследований фауны грызунов Амурской области авторы приходят к следующим основным выводам. Наибольшее эпидемиологическое значение в Верхнем Приамурье имеют полевая мышь, восточная полевка и серая крыса. Вероятность контакта человека с инфицированным грызуном возможна в летне-осенний период, когда большая масса людей при полевых работах перемещается в местообитания грызунов, а численность последних достигает годового максимума. Связующим звеном между синантропными и природными популяциями грызунов служит их группировка, населяющая сельскохозяйственные угодья, причем самым активным агентом этого звена является полевая мышь. Особенно большое значение для правильной разработки профилактических мероприятий природноочаговых заболеваний имеет изучение взаимосвязей в экогруппировках грызунов, закономерности годовых и сезонных изменений уровня численности отдельных видов.

Совсем недавно на Дальнем Востоке описано специфическое заболевание зверобоев — чинга, которое возникает при контакте с тюленями во время промысла зверей: акибы (кольчатая нерпа), лахтака (морской заяц), крылатки (полосатый тюлень) и сивуча. Заболевание встречается очень часто (до 40%). Оно заключается в тяжелом воспалении суставов рук, на которые инфекция попадает при обработке туш добытых животных.

Несомненно, что в дальнейшем список различных заболеваний будет расширен. Ниже приводятся краткие сведения о роли млекопитающих в поддержании некоторых зоонозов — болезней животных и человека на Дальнем Востоке.

Таежный (клещевой) энцефалит. Источником этого заболевания являются млекопитающие. С бурундуков, белок и зайцев были сняты содержащие вирус клещи. В этот же период был выделен нейротропный вирус из мозга бурундуков, крота-могеры, ежа, белок, красносерой полевки и зайцев. При этом доказана идентичность этого вируса возбудителю энцефалита у человека.

В дальнейшем установили разную восприимчивость диких млекопитающих к экспериментальному заражению. Эти данные указывали на большую и разностороннюю роль млекопитающих в эпидемии клещевого энцефалита. На основе литературных данных и собственных исследований А. П. Кузякин (1942) пришел к следующему выводу: в дальневосточных очагах таежного энцефалита круг хозяев половозрелых иксодовых клещей включал 25 видов (21 вид диких и 4 домашних животных), содержав таких редчайших обитателей тайги, как рысь, барс, тигр, красный волк. На всех остальных млекопитающих, а также на птицах взрослые клещи не паразитируют или встречаются крайне редко.

Круг доказанных и возможных хозяев личинок и нимф клещей-переносчиков включает более 60 видов наземных млекопитающих. Личинки и нимфы паразитируют (или могут паразитировать) на всех мелких млекопитающих. На ежах и зайцах число личинок в 10 раз больше, чем на крупных животных. Большое количество личинок и нимф найдено на барсуке, енотовидной собаке, пятнистом олене, а также на домашних животных.

По характеру восприимчивости все исследованные животные разделены на три основные группы:

К первой группе относятся виды невосприимчивые: серая крыса, полевая мышь, заяц-беляк.

Вторую группу составляют восприимчивые виды: домовая мышь, дальневосточная полевка, крысовидный хомяк, еж, волк, а также, вероятно, лисица и ласка.

К третьей группе относятся основные переносчики энцефалита, к числу которых принадлежат косуля, кабан, изюбрь и даже пятнистый олень. Попадаются среди таких животных и малочисленные виды — барс, тигр, красный волк. Но они не могут иметь в эпидемии существенного значения.

Распространение в эндемических районах отдельных групп животных, разнящихся по типу их восприимчивости к таежному энцефалиту, характеризуется следующим образом. Переносчики (третья группа) в очаговых местах изобилуют. Виды невосприимчивые (первая группа) в таежном биоценозе обитают в большом количестве (бурундук, красно-серая полевка, азиатская лесная мышь) и лишь немногие представлены в небольшом числе (заяц-беляк, полевая мышь, крыса). Виды восприимчивые (вторая группа) в эндемических районах крайне редки (еж, волк, ласка) или в большинстве случаев совершенно не встречаются (домовая мышь, крысовидный хомяк).

Млекопитающие Уссурийского края, на которых паразитируют личинки и нимфы клещей или взрослые клещи — переносчики энцефалита, перечислены ниже.

Изучение распространения клещевого энцефалита в Приморском крае показало, что основным и пока единственным путем заражения людей клещевым энцефалитом является инфицирование через укус клеща. Наиболее напряженные очаги клещевого энцефалита в Приморском крае находятся на территории, на которой расположены основные массивы хвойно-широколиственных лесов, подвергающихся промышленному освоению. В более обжитой части края заболеваемость носит дифференцированный и спорадический характер.

В Верхнем Приамурье, на Зейско-Буреинской равнине и в бассейне реки Архара к указанной группе относятся серая крыса и полевая мышь. Последняя расценивается как потенциальный хранитель вируса клещевого энцефалита в Хабаровском и Приморском краях. При изучении ареала японского энцефалита в Приморском крае оказалось, что это заболевание встречается, помимо Хасанского района, в ряде других районов и на о. Путятин, который по своим климатогеографическим условиям является благоприятным для существования возбудителя японского энцефалита. Высокая восприимчивость к вирусу японского энцефалита установлена у полевых мышей, мышей-малюток и восточных полевок.

Клещевой сыпной тиф. Анализ этого заболевания и результаты микробных и серологических исследований природного материала (иксодовые клещи, мышевидные грызуны, птицы и парнокопытные животные) позволили сделать вывод, что микроочаги инфекции располагаются в Даурско-Маньчжурской лесостепи и в восточно-азиатских хвойно-широколиственных природных областях Дальнего Востока.

Цуцугамуши — выделение возбудителя получено от полевой мыши, восточной полевки и крысовидного хомячка, добытых в Приморье, в естественных очагах этой инфекции. С целью выявления токсоплазм проведена серологическая разведка, причем специфические антитела обнаружены у пасюка и черной крысы, домовой и полевой мышей, крысовидного хомячка, красносерой и восточной полевок. При изучении географического распределения лихорадки цуцугамуши в Приморском крае (Шапиро и др., 1968) были установлены очаги этого заболевания в Хасанском и других районах. Штаммы риккетсий были выделены от полевых мышей, азиатской лесной мыши, дальневосточных полевок и красно-серых полевок, а также от крысы-карако. Таким образом, ареал цуцугамуши в Приморском крае является более широким, чем предполагали, и охватывает ряд районов, а также острова Русский, Аскольд и Путятин.

Лихорадка цуцугамуши в последнее время была изучена на юге Дальнего Востока, причем выявлена большая роль в этом млекопитающих и клещей-краснотелок. В 1961 — 1971 гг. с 2441 грызуна Приамурья собрано и определено 7026 личинок клещей-краснотелок девяти видов. Наибольшее эпидемическое значение имеют виды, у которых ранее установлено естественное носительство риккетсий цуцугамуши.

В течение охотничьего сезона осмотрены копытные из Губеровского и Тернейского государственных промхозов, а также добытые в Пожарском, Тернейском, Красноармейском, Анучикском, Кавалеровском, Ольгинском и других районах Приморского края. Всего осмотрено 44 копытных животных (4 вида), с которых собрано 9820 самцов H. japonica и 2549 самцов и самок D. Silvarum.

Эпидемический псевдотуберкулез относится к зооантропонозам, при котором ведущую роль резервуара играют грызуны. Паразитирование бактерий псевдотуберкулеза зарегистрировано у 27 видов млекопитающих и птиц. В Амурской области установлена зараженность бактериями псевдотуберкулеза у домовой мыши и серой крысы, отловленных в г. Благовещенске и в селах этого района. В Амурской области псевдотуберкулез регистрируется на протяжении всего года, но почти половина случаев приходится на апрель — май (Погорелов и др., 1974). Очевидно, это объясняется максимальным развитием эпизоотии данного заболевания среди синантропных грызунов, что было установлено в Приморском крае.

Псевдотуберкулез у грызунов в Приморье впервые описан и выделен от черных крыс и пасюков (Девятова и др., 1959). Кроме двух видов крыс и домовой мыши, он обнаружен у полевой и азиатской лесной мышей, крысовидного хомячка, восточной и красно-серой полевки, отловленных вдали от населенных пунктов.

Изучение некоторых факторов природной очаговости дальневосточной скарлатиноподобной лихорадки в Приморском крае (Вишняков и др., 1968) показало, что одним из источников возбудителя псевдотуберкулеза являются мышевидные грызуны. В условиях Приморья этот микроб регулярно выделяется от синатропных и «диких» грызунов, что подтверждается работами ряда авторов (Жиров и др., 1965). По видам и количеству исследованных грызунов выделены штаммы псевдотуберкулезного микроба, распределенные следующим образом: серая крыса — исследовано 7324 особи, выделено 44 культуры; черпая крыса — 1676 особей (16); домашняя мышь — 1472 особи (9); дикие грызуны (лесные и полевые мыши, дальневосточная и серая полевки, бурундуки) — исследовано 1584 особи, выделено 12 культур.

В связи с этим основным противоэпидемическим мероприятием в очагах должно быть уничтожение природных резервуаров псевдотуберкулезного микроба, то есть систематическое истребление мышевидных грызунов в их лесостепных, полевых и других биотопах, а также на территории населенных пунктов, в жилых и хозяйственных помещениях и в первую очередь на объектах питания.

Пастереллез. Пастереллы этого заболевания были выделены от пасюков, черной крысы и домовой мыши. Они обнаружены также у полевых мышей, крысовидного и даурского хомячков, красно-серой и восточной полевок.

Лептоспироз изучен в Приморском крае (Высоцкий и др., 1968), причем установлено существование здесь природных и антропургических очагов. Выделением лептоспир выявлены источники у 16 видов животных, в том числе среди восьми видов полевых и синатропных грызунов и шести видов промысловых животных. Носителями лептоспир оказались и восточные полевки. Лептоспиры были выделены также от даурского и крысовидного хомячков, крысы-карако и полевой мыши. Резервуарами оказались и некоторые виды промысловых животных, среди которых находятся енотовидные собаки, рыжие лисицы, колонок, дальневосточный лесной кот, а также пятнистый олень и кабан.

Природные очаги заболеваний в горных ландшафтах могут формироваться в первую очередь азиатской лесной мышью, колонком и белкой, а также крысой-карако, восточной полевкой и полевой мышью. В лесостепных природных очагах основное значение имеют даурский и крысовидный хомячки, восточная полевка, полевая мышь и лисица. Эти же виды грызунов могут обусловить существование очагов в зоне сельскохозяйственных угодий. Лептоспироз обнаружен у пасюка, черной крысы, домовой, полевой и лесной мышей, даурского и крысовидного хомячков, восточной полевки, ондатры.

Листериоз установлен у полевых мышей, восточных полевок, крысовидного и даурского хомячков.

Эризипелоид был выделен от пасюков, домовых, полевых и лесных мышей и восточной полевки.

Салмонеллезная инфекция описана у пасюков, черных крыс, домовых мышей и восточных полевок.

Геморрагический нефрозонефрит — это тяжелое природно-очаговое заболевание.

Эпидемическая геморрагическая лихорадка распространена в южных районах Дальнего Востока — в пойме рек Амур, Уссури и их притоков. Очаги ее располагаются как в освоенной сельскохозяйственной части края, так и в горно-равнинной малообжитой зоне. Они отмечены главным образом в Ханкайской низменности, по долинам рек между хребтами Сихотэ-Алиня и на его склонах, а также в южной части Приморья — в районах, прилегающих к побережью Японского моря.

Участие грызунов в циркуляции вируса геморрагического нефрозонефрита определяется пока на основе эпидемиологических данных. Предполагается, что первостепенное значение в циркуляции этого вируса имеют грызуны в лесах — азиатская лесная мышь и красно-серая полевка, на безлесных участках — полевая мышь и восточная полевка. Большинство очагов геморрагической лихорадки совпадает с границей распространения полевой мыши. Среди большого количества мышей в этой зоне наблюдалось 50,3% больных, в 8,9% отмечено наличие мертвых мышей, а в 13,3% наблюдали падеж кошек (Погорелов и др., 1975).

В степных районах наблюдается большая численность мышевидных грызунов, особенно в осенний период и значительный контакт населения с ними, почему эти очаги высокоактивны. Авторы связывают распространение заболевания геморрагическим нефрозонефритом обычно с определенными зоогеографическими провинциями, расположенными в основном в пределах маньчжурского типа фауны, которая охватывает Приморье, южную часть Хабаровского края, Биробиджан и Амурскую область.

Туляремия и ее природная очаговость на Дальнем Востоке изучены сравнительно недавно. Впервые эта инфекция описана в Хабаровском крае (1963), а затем почти одновременно на основе клинических и серологических данных зарегистрирован первый случай в Приморье (1965). Несколько позднее были выделены туляремийные вирулентные культуры. Штаммы возбудителя туляремии получены от иксодовых и гамазовых клещей, собранных в гнезде крысовидного хомячка, и от восточных полевок. Все очаги туляремии расположены в Приамурье, в долинах рек Большая Уссурка, Бикин, Супутинка и Раздольная. На территории Хабаровского края обнаружена спонтанная зараженность красно-серой полевки, лесной и полевой мышей, а также бурундука.

В последнее время проведена обширная работа по выявлению туляремии в Амурской области, при которой исследовано 10 524 грызуна, иксодовых клещей — 33 150, гамазовых — 959, блох — 5310, причем во всех случаях получен отрицательный результат (Храмова и др., 1975). Тем не менее проблему туляремии в Амурской области нельзя считать решенной. В смежной зоне Хабаровского края зарегистрированы случаи туляремии. В связи с этим необходим дальнейший поиск туляремии в Амурской области, в том числе наиболее эффективный метод исследований на туляремийный антиген-погадок хищных птиц и других животных.

Очаги туляремии охватывают северное, среднее и южное Приморье, огибая с запада и юга хребты Сихотэ-Алиня. В лесных очагах туляремии прослеживается довольно отчетливая связь таежных млекопитающих с представителями грызунов степной фауны и клещами, что подтверждают выводы А. Г. Ольсуфьева (1964) об определяющей роли зайцев и клещей в формировании туляремийных очагов.

В результате медико-географической дифференциации зоны строительства Байкало-Амурской магистрали (Прохоров, 1976) на Дальнем Востоке выделяются следующие регионы: Тугурингро-Джагдинский, Верхнезейский, Большеневерский, Селемджинский, Турино-Буреинский, Урало-Чегодомынский, Верхне-Амгуньский, Эворон-Чукчагирский, Среднеамурский, Нижнеамурский и Сихотэ-Алинский. В большинстве этих районов указывается повышенный риск заражения клещевым энцефалитом, клещевым риккетсиозом, метагопизмозом, клонорхозом, парагонимозом, дифелоботриозом и сельскохозяйственными зооантропозами. Изучение этих болезней, а также методов профилактики и лечения — неотложная задача медико-биологических исследований в зоне Байкало-Амурской магистрали.

Меры по истреблению опасных грызунов должны сочетаться с охраной полезных и редких животных в условиях Дальнего Востока.

В работе «Проблемы географии зооантропозов в зоне БАМа» (Конева, 1976) ставятся прогнозы изменения эпизоотической обстановки. Ведущую роль в поддержании большинства возбудителей, циркулирующих в наземных геосистемах, играют наиболее многочисленные группы животных — грызуны, копытные, хищники, а из переносчиков-кровососов — иксодовые клещи.

Важная проблема, касающаяся природно-очаговых инфекций в зоне БАМа, смыкается с общими вопросами охраны природы. Освоение этой территории будет сопровождаться изменением в численности и видовом составе грызунов. Это явится предпосылкой новой эпизоотической ситуации в отношении ряда инфекций: листериоза, эризипелоида, пастереллеза, псевдотуберкулеза, лептоспирозов, а также инвазии токсоплазмоза. С освоением новой территории и расселением на ней некоторых грызунов (полевая и азиатская лесная мыши, мышь-малютка, полевка-экономка, уйгурская полевка) возникает опасность зарождения новых очагов некоторых лептоспирозов и геморрагического нефрозонефрита.

Мышевидные грызуны отличаются большой подвижностью, сезонными перемещениями и концентрациями в населенных пунктах. Это повышает потенциальную эпизоотическую и эпидемическую опасность природных комплексов. Освоение сельскохозяйственных угодий обусловливает угрозу формирования напряженных антропургических и синантропных очагов.

Меры профилактики и борьбы. Почти все млекопитающие играют ту или иную роль в различных зоонозах Дальнего Востока. Однако наибольшее значение имеет группа мышевидных грызунов. Паразитирующие на грызунах и обитающие в их гнездах блохи, вши, гамазовые, иксодовые и краснотелковые клещи являются переносчиками ряда заболеваний. Часто значение грызунов бывает особенно велико как хозяев-прокормителей именно тех видов блох и клещей, которые заражают человека и животных.

Предупреждению заболеваний способствует плановая дератизация жилых помещений, складов и других построек. Истребление полевых и лесных грызунов в природе при необходимости представляет собой наиболее сложную задачу. Обычно в таких случаях осуществляют интегрированные методы борьбы, которые составляют комплекс агротехнических, биологических и особенно химических средств. Последние наиболее эффективны, однако часто затрагивают и полезных животных. Поэтому применение этих средств защиты требует особых мер предосторожности.

Наиболее часто используют отравленные приманки — крысид и фосфид цинка. В последнем случае применяют отравленное зерно (1,5—2 кг на 1 га) или овощи, корнеплоды (3—4 кг). При умелом применении этот способ дает высокую эффективность — гибель грызунов от 82 до 100%. Против лесных мышей и красно-серых полевок используют глифтор (0,5% к весу зерна), который дает также высокую эффективность.

Основным профилактическим мероприятием в очагах геморрагической лихорадки является дератизация. Уничтожение мышевидных грызунов — носителей инфекции потребовалось в лесах, окружающих населенные пункты. Отсутствие зооцидов избирательного действия, токсичных для мышевидных грызунов и относительно безопасных для полезных млекопитающих и птиц, сдерживало дератизационные работы.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: