Факультет

Студентам

Посетителям

История науки о грибах

Наука о грибах возникла из практики. В IV веке до нашей эры Аристотель впервые пишет о грибах, а его ученик Теофраст описывает свойства известных в то время грибов — шампиньонов, трюфелей и сморчков. Более крупную сводку об употреблении грибов в пищу составил Гиппократ в V веке до нашей эры. Известный ученый I века нашей эры Плиний Старший делит грибы на съедобные и ядовитые. Очень высоко ценился в Древнем Риме за отменный вкус знаменитый Кесарев гриб, близкий родич красного мухомора, внешне похожий на него. Кесарев гриб прославлен Лукуллом — древнеримским полководцем и гурманом. На знаменитых лукулловых пирах большая роль отводилась грибам.

Племена славян, жившие в лесах на территории нашей страны, также с глубокой древности были знакомы со съедобными грибами. Людей привлекали прежде всего вкусовые свойства грибов. В X веке с принятием на Руси христианства грибы стали особенно популярны среди населения. Христианская религия требовала поститься около 200 дней в году, и грибы во время постов заменяли скоромную пищу.

В России первые упоминания о грибах встречаются в документах XIV века. В «Жалованной грамоте» Палеостровского монастыря 1376 года говорилось о том, что на «землях, подаренных монастырю, запрещается крестьянам окрестных деревень рубить лес, косить сено, брать ягоды и губы (г. е. грибы)». В Древней Руси слово «грибы» не употребляли для названия всей группы. «Губы ломать», — как пишет В. Даль в «Толковом словаре», — означало «идти по грибы». В Медицинском сборнике XV века слова «грибы» также нет, а «губы» встречается неоднократно. Слово «грибы» появилось в русском языке, видимо, в начале XVI века, однако на протяжении XVI и XVII веков название «губы» продолжает существовать. Так называют все шляпочные грибы, а «грибами» — только выпуклые плодовые тела трутовиков. Старинные «губы» до сих пор еще сохранилось в народных говорах Сибири, Кировской, Архангельской областей и Украины.

Иностранцы, жившие в России, восторгались вкусовыми качествами русских грибов и говорили, что нигде нет лучше. Грибных блюд знали множество. Так, на званом обеде 17 марта 1699 г. столы патриарха Андриана украшали «три пирога долгие с грибами, два пирожка с груздями, грибы холодные под хреном, грузди холодные с маслом, грузди гретые с соком да с маслом, капуста шотковая с грибами, галушки грибные, да два «наряда» грибов в тесте» и т. д.

Следует сказать, что грибы употребляли в пищу не во всех странах. Людей отпугивали рассказы об ужасных грибных отравлениях, передаваемые из поколения в поколение, и порой слово «гриб» было синонимом слова «смерть». История сохранила далеко не полный список жертв грибных отравлений. Так, от ядовитых грибов погибли жена и дети создателя древнегреческих трагедий Эврипида. Апокий Северин, суровый начальник телохранителей римского императора Нерона (I век нашей эры), стал жертвой своей страсти пробовать неизвестные и малоизвестные грибы. Сам Нерон вступил на престол после убийства Клавдия (которому подали отравленные белые грибы). После этого Нерон стал называть белые грибы «пищей богов».

За изобильным грибным столом смертельно отравился папа Климент VII. Та же участь постигла французского короля Карла VI.

В некоторых странах население испытывало к грибам глубокое отвращение. В Западной Европе их презрительно называли «мясом бедняков». Долгое время грибы не употребляли в Англии, брезгливо относились во Франции (исключение составляли трюфели, которые разыскивали специально обученными собаками таксами).

Народы нашей страны относились к грибам неодинаково. Их совсем не употребляли в пищу татары, башкиры, якуты, ненцы, саамы; лопари считали «пустой забавой», евреи не ели потому, что в грибах часто бывают черви — «треф» гриба, а трефная пища законами иудейской религии строго воспрещается. Исключение составляли лишь лисички, в которых никогда не бывает червей.

Даже потомственные грибники — славяне с предубеждением относились к некоторым съедобным грибам, которые считались деликатесом у других народов: шампиньонам, дождевикам, навозникам, зонтикам и другим.

В России отравления грибами тоже бывали частыми, но русские люди любили грибы и умели отличать съедобные от ядовитых. Пожалуй, ни в одной стране не было таких замечательных грибных промыслов, как у нас. С наступлением грибного сезона целые деревни уходили на сборы грибов в леса, а затем огромный караван телег, груженных свежими, солеными и сушеными грибами, направлялся к губернским и уездным городам.

Хотя грибы издавна привлекали внимание человека, для ученых-натуралистов они долгое время оставались тайной, знания о их жизни перемешивались со всякими домыслами и выдумками. Особенно сбивало с толку ученых многообразие грибных форм. Долгое время не могли решить вопрос куда отнести грибы — к животным или растениям. Плиний Старший в своей знаменитой «Естественной истории» сделал первую попытку классификации грибов, выделив грибы съедобные и ядовитые, но и он не раскрывал, что представляют собой грибы. Позднее ботаник Неккер выступил с заявлением, что грибы — продукты выделения растительных тканей, как бы отбросы растения, это якобы подтверждается наличием паутинистого вещества, из которого вырастают грибы. Неккер считал, что грибы стоят ближе к минералам, чем к растениям. Однако он не понял, что паутинистое вещество это не выделения растений, а сам гриб.

Другой ученый того же времени, Геккель, предложил выделить грибы в группу древнейших по времени существ, стоящих на рубеже между растениями и животными. Даже Карл Линней одно время был склонен отнести грибы к животному миру, находя в них сходство с полипами.

Крупный французский ботаник Вайян называл грибы «дьявольским произведением, нарушающим общую гармонию природы». Он говорил, что грибы — это растения без цветов, проклятое поколение, которое кажется созданным только для того, чтобы смущать самых талантливых исследователей.

Ученые искали у грибов цветы и, не находя их, сомневались, можно ли отнести грибы к растениям. Но все же многие были склонны считать грибы растительными организмами. Крупный ботаник Парижского ботанического сада Турнефор объединил грибы со мхами и отнес их к группе под названием «травы и кустарники без цветов и плодов». А итальянский ученый Микелли одно время нашел у грибов цветы с тычинками, но без околоцветников. Он разделил все грибы на две группы: грибы с цветами и грибы с семенами. И все же Микелли был первым, кто приоткрыл дверь в тайны грибной жизни. Он установил, что грибы распространяются мельчайшими спорами, грибными зародышами, и положил конец всяким небылицам о возникновении грибов от ударов молнии, гниения или обильной росы.

Для натуралистов XVIII века это было большим шагом вперед. А в 1834 году французский ботаник Дютраше доказал, что паутинистое вещество — это вегетативное тело гриба — грибница, или мицелий, который возникает из споры и время от времени развивает плодовые тела, которые в практике и называют грибами. С этих пор грибы заняли свое место в растительном мире и были выделены Линнеем в особый класс, поставленный по соседству с водорослями. Наука о грибах — микология — стала усиленно развиваться. Появилось много работ по грибам, создавались первые цветные атласы грибов, делались их описания. Исключительно большая роль в развитии микологии принадлежит немецкому ученому Антону де Бари.

Стала развиваться и отечественная микология, отцами которой считают М. С. Воронина и А. А. Ячевского. Под их руководством проводились первые исследования по грибам в России и создавались первые микологические школы.

М. С. Воронин и А. А. Ячевский оставили в наследство прекрасные труды по микологии, которые имеют огромное значение и в настоящее время. Громадное научное наследие А. А. Ячевского сыграло большую роль в подготовке известных специалистов-микологов, таких как В. П. Траншель, Н. А. Наумов, А. С. Бондарцев, П. Н. Головин, Н. Н. Лавров — основатель исследований по микологии в Сибири и других. В настоящее время существуют крупные микологические центры в Москве, Ленинграде, Киеве, Армении, Эстонии, Латвии, Литве, Средней Азии и в некоторых других местах.

Наука о грибах — микология — проделала большой путь, от нее отделились и стали самостоятельными многие науки. Так, приобрели самостоятельное значение наука о болезнях сельскохозяйственных растений — сельскохозяйственная фитопатология, наука о болезнях лесных пород — лесная фитопатология. Появилась наука о грибах, обитающих в почве, — почвенная микология, развилась промышленная микология. В связи с использованием в медицине грибов и полученных из них антибиотиков, особенно большое внимание стали уделять медицинской микологии.

С конца XVII века вслед за Линнеем стали считать грибы растениями. Но ряд крупных специалистов того времени выступает с заявлением, что грибы следует отнести к особому царству органического мира, возникшему на заре существования нашей планеты. В 1831 году Фриз предложил выделить грибы в самостоятельное царство грибов (Regnum Mycotoideum). Его поддерживает Конард, об этом говорит и Геккель. Однако эти предложения не вызвали в свое время отклика. Это вполне объяснимо только что после многих споров грибы отнесли, наконец, к растениям, и вдруг опять новая точка зрения. О исследованиях Фриза, Геккеля и других ученых забыли на долгие годы. Однако в начале XX века все чаще стали возвращаться к предложению Фриза о выделении грибов в особое царство. Так, русский ученый Мережковский в 1909 году предлагает кроме животных и растений выделить царство микоидов, куда он относит бактерии, синезеленые водоросли и грибы. Роджерс, сравнивая эволюционное направление этих трех групп, приходит к выводу о правильности их выделения. Вага основывает разделение органического мира на три царства на основе особенностей питания в группах: растений, животных и грибов. Он считает, что они сформировались на базе трех гипотетических предков: первичных сапрофитов, первичных автотрофов и первичных животных.

В XX веке намечается тенденция к выделению бактерий и синезеленых водорослей в группу дробянок и включение их в надцарство Прокариот — безъядерных организмов. Все остальные, имеющие ядра, относят к надцарству Эукариот — ядерных организмов и выделяют в нем три царства — грибов, животных и растений. Всего в органическом мире выделяют четыре царства — дробянки, грибы, животные и растения. Исследования ученых подтверждаются и палеонтологическими данными — нахождением остатков бактерий, синезеленых водорослей и грибов в наиболее древних пластах докембрия.

Изучение грибной клетки под электронным и сканирующим микроскопами, биохимические, цитологические и генетические исследования также подтверждают своеобразие этих организмов. Вместе с этим грибы имеют черты животной и растительной организации. По характеру азотного обмена, наличию хитина в клеточной оболочке, запасному продукту гликогену они приближаются к животным организмам. В то же время по способу питания — путем всасывания веществ, а не заглатывания пищи, неограниченному росту, наличию в клетках перегородок, по особенностям клеточных оболочек они напоминают растения.

Загадочность и своеобразие грибов привлекают внимание к их изучению и наблюдениям за ними в природе не только специалистов-микологов, но и ученых других специальностей (цитологов, биохимиков, биофизиков), а также просто любителей природы.

Вопрос о положении грибов в органическом мире обсуждался на заседаниях секции микологии XII Международного ботанического Конгресса, проходившего в июле 1975 года в Ленинграде. Большинство микологов мира считает грибы представителями особого царства — Микота, в котором выделяют несколько самостоятельных отделов, или фил. Так миколог Д. К. Зеров в своей филогенетической системе относит грибы к надцарству Эукариот, связывает их происхождение с первичными настоящими ядерными организмами и находит вполне обоснованным выделение среди низших бесхлорофильных организмов (грибов) четырех основных стволов эволюции, которые рассматриваются им как независимые отделы.

Царство Mycota — грибы

Отдел Myxomycota — слизевики

В этот отдел входят организмы, вегетативное тело которых находится в виде плазмодия или голой протоплазматической массы. Бесполое размножение осуществляется зооспорами с одним жгутиком или жгутиковая стадия может отсутствовать. Слизевики — сапрофиты на растительных остатках, реже внутриклеточные паразиты.

Отдел Chytridiomycota — хитридиевые грибы

Вегетативное тело этих грибов находится в виде голой протоплазматической массы либо зачаточного мицелия, или ризомицелия. Размножение бесполое зооспорами, которые имеют жгутик, прикрепленный к их заднему концу. Эти грибы существуют как сапрофиты или внутриклеточные паразиты.

Отдел Saprolegniomycota — сапролегниевые грибы, или Oomycota — оомицеты

Это сапрофиты или паразиты с хорошо развитым нечленистым мицелием, зооспоры с двумя жгутиками, один направлен вперед, перистый, второй — гладкий, направлен назад. В клеточных стенках этих грибов отсутствует хитин, основным компонентом оболочки является целлюлоза.

Отдел Eumycota — настоящие грибы

Наиболее многочисленный и разнообразный отдел грибов. Представители его имеют хорошо развитый нечленистый или членистый мицелий. В связи с переходом к наземному образу жизни у большинства его представителей размножение осуществляется спорами, или конидиями. Наблюдается разнообразие форм полового спороношения и в то же время угасание полового процесса у высших базидиальных грибов. Представители этой группы — сапрофиты или паразиты — играют большую роль в природе и в жизни человека.

Сапрофиты живут за счет мертвой органики растительного и животного происхождения. Паразиты поселяются и питаются в живых тканях. Живое растение, служащее местом поселения и источником питания грибов, называется растением-хозяином. Растения, растительные остатки и другой материал, используемый грибами для поселения и питания, называются субстратом. Питание грибов различно и связано с набором имеющихся у них ферментов. Есть узкоспециализированные виды грибов, приспособленные к узкому кругу источников питания, и грибы, обладающие широким диапазоном приспособления.

Грибы, развивающиеся только на живых растениях за счет веществ, находящихся в плазме живых клеток, называются облигатными паразитами. Примером таких грибов служат ржавчиные и мучнисторосяные грибы.

Грибы, использующие только мертвые органические остатки, называются облигатными сапрофитами. Между настоящими сапрофитами и настоящими паразитами имеются переходные формы, соединяющие в себе черты сапрофитов и паразитов. Они способны начинать свое развитие на живых растениях, а завершать его — на мертвых остатках. Такие грибы называются фитопатогенными сапрофитами.

Источник: А.М. Жуков, Л.С. Миловидова. Грибы — друзья и враги леса. Издательство «Наука». Сибирское отделение. Новосибирск. 1980

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: