Факультет

Студентам

Посетителям

Биологические ресурсы морей и океанов

Издавна биологические ресурсы морей и океанов, и прежде всего рыба, служили важнейшим источником пищи для человечества.

Однако наибольшее значение как кормильца населения нашей планеты океан приобрел в последние десятилетия, когда с огромных пространств «голубой нивы» десятки миллионов рыбаков, используя сотни тысяч промысловых судов и применяя разнообразную, подчас весьма сложную технику, ежегодно добывают более 60 млн. т. водорослей, ракообразных, моллюсков и рыб. Продукция из этих обитателей океана не только разнообразит и украшает обеденный стол, делая питание более насыщенным крайне необходимыми для человеческого организма витаминами, белками и микроэлементами, но во многих странах является важнейшей, а подчас даже определяющей частью снабжения населения пищей.

Наши предки, жившие много тысяч лет назад, селились на берегах морей и океанов и использовали их богатые дары для питания. Без рыболовства или охоты на морских животных было бы невозможно существование многих народностей. Особенно это справедливо для бассейна Тихого океана.

Жители красочных островов Полинезии и Микронезии, население Филиппин, Малайзии, Индонезии и Японии, обитатели суровых побережий Берингова и Охотского морей, Алеутских и Курильских островов, древние поселенцы мексикано-чилийско-перуанского побережья, маорийцы Новой Зеландии и многие другие народы и народности Тихоокеанского бассейна активно занимались рыболовством и широко использовали морских животных и растения для питания.

Ныне морским и океаническим промыслом заняты рыбаки 210 стран и территорий (из 233 насчитывающихся), и их усилиями обеспечивается такой объем вылова, что на долю каждого жителя нашей планеты приходится в год по 17 кг водных объектов. Около 20% белков животного происхождения, этих незаменимых и совершенно обязательных компонентов питания, человечество получает из океана. Однако у населения Японии, Корейского п-ва, Филиппинских о-вов и др. доля рыбных продуктов в питании занимает значительно большее, а иногда даже преобладающее место. Так, в среднем на каждого японца ежегодно добывается около 80 кг обитателей морей и океанов. В пищевом балансе этих стран рыба является важнейшим и в то же время любимым компонентом питания.

Многие страны рассчитывают существенно увеличить вылов водных объектов и именно таким путем обеспечить потребность своего населения в белковой пище, и все, вместе взятые, предполагают к 2000 г. по меньшей мере удвоить общий объем вылова. Поэтому Мировой океан и прежде всего его прибрежная зона, в пределах которой добывается более 90% всего мирового вылова водных объектов, за последние годы используется в рыболовном отношении с быстро возрастающей интенсивностью, и уже появилось много свидетельств уменьшения результативности промысла некоторых традиционных объектов шельфовой зоны, замедление роста суммарного вылова. Однако, по мнению многих и прежде всего советских ученых, потенциальные биопродукционные возможности морей и океанов ныне используются совершенно недостаточно, и имеются возможности существенного, даже многократного увеличения полезной для человека продукции водных животных и растений.

Как известно, биопродуктивные процессы, свойственные океану, и особенно их конечная, продукция далеко не отвечают интересам человека. Особенности этих процессов таковы, что продуцируются преимущественно животные, не представляющие промысловой ценности.

Достаточно напомнить, что по современным представлениям в океане ежегодно создается около 600 млрд. т растительности, а вылов традиционных объектов, промысел рыб вряд ли сможет превысить 90—100 млн. т, так как результативность естественно протекающих океанических биопродукционных процессов в сотни и тысячи раз меньшая, чем в управляемых человеком животноводческих и рыбоводных хозяйствах. Так, например, для того чтобы вырастить один килограмм мяса в животноводческих фермах, необходимо скормить 20—25 кг растительности, в то время как на создание такого же количества мяса рыбы, питающейся более мелкой рыбой, кормом для которой являются беспозвоночные животные, в свою очередь использующие в качестве пищи планктонных животных и растения, в конечном счете расходуется в тысячи раз большая масса водорослей.

Действительно, сопоставление объема пищи, получаемой с «голубой нивы» и в результате сельскохозяйственного производства и животноводства, свидетельствует о ничтожно низкой полезной урожайности, свойственной естественным экосистемам Мирового океана. Если в результате прошедшей 15 тыс. лет назад «неолитической революции», давшей толчок развитию сельского хозяйства и животноводства, человечество с 4,44 млрд. га, т. е. 9% площади нашей планеты, занятых сельскохозяйственными угодьями — пашней, лугами и пастбищами (из них под пашней всего 1,5 млрд. га), ныне получает более 98% пищи, то с 71% ее поверхности, занятой морями и океанами, и с 2,5 млн. км2 пресноводных водоемов добывается всего лишь 1—2% общего объема пищевых продуктов.

Таким образом, современная рыбопродуктивность Мирового океана, являясь своеобразным результатом различных исторически сложившихся естественных биопродукционных процессов, а также методов лова и характера использования добываемых объектов, уже приближается к своему пределу, и без существенной их корректировки нельзя рассчитывать на значительное, а тем более многократное увеличение мирового вылова традиционных объектов.

Уже сейчас очевидно, что к проблеме эффективного использования океанических биологических ресурсов следует подойти с совершенно иных позиций, чем это делалось до сего времени.

Прежде всего нуждаются в интенсификации промысловых усилий обширные акватории океанической пелагиали и районы поднятия океанического ложа. Выявленные за последние годы особенности океанологического режима открытых районов океана, связанные с существующими здесь вихревыми движениями, фронтальными зонами, а также сложным подводным рельефом с множеством поднятий океанического ложа, способствуют созданию участков, подчас достаточно обширных по площади, с повышенным уровнем биопродуктивности. В пределах такого рода районов, общая акватория которых по ориентировочным подсчетам составляет 10—20 млн. км2, а также над вершинами «подводных гор» обнаруживаются скопления таких дальненеритических объектов, как скумбрия, ставрида, путассу, сардина, макрелещука, берикса, престипомы, кальмары и др., обеспечивающих достаточно высокие уловы.

Существенно изменились, а по существу заново сложились представления об объемах продуцирования многих мелких обитателей океана, стоящих на «первых ступеньках трофической лестницы», и в первую очередь маленького пелагического рачка — антарктического криля, а также обитателей «звукорассеивающих слоев», мелких пелагических рыб, светящихся анчоусов, мавроликуса и др.

В настоящее время многие ученые оценивают биомассу криля в 2 и более млрд. т, а возможный вылов — во многие десятки миллионов тонн.

Существенное значение имеет организация рационального океанического рыболовства.

Сейчас нередко вылавливаются рыбы, не успевшие достигнуть оптимальных размеров, далеко не в полной мере использовавшие кормовую базу, не успевшие отнереститься в наиболее оптимальном возрасте, без учета их генетическо-популяционной структуры и т. д., что в конечном счете приводит к быстрому снижению рыбопродуктивности и результативности промысла.

По самым скромным подсчетам, человечество уже потеряло в результате такого рода нерационального промысла около 10 млн. т возможного вылова. Естественно, что усилия ученых и работников рыбной промышленности в этом направлении могли бы восстановить столь ощутимые и совершенно неоправданные потери и не допускать их в дальнейшем.

Действительно, ведь теперь подавляющее большинство добычи водных объектов — рыб, ракообразных, моллюсков, китов, тюленей и др. — представляют своего рода охотничьи трофеи — результат своеобразной морской охоты-ловли, осуществляемой с применением технически оснащенных методов поиска, различных приманок, высокоэффективных орудий и способов лова и современных промысловых судов. Все это позволяет получать за счет животных — обитателей океана высокие уловы.

Возникла необходимость активно воздействовать на океан и его обитателей, с тем чтобы повысить его рыбопродуктивность, создать в нем управляемые морские подводные «огороды» и «фермы», изменить в нужном для человека направлении некоторые протекающие в нем океанологические и биологические процессы, определяющие рыбопродуктивность того или иного района, произвести вселение новых кормовых и промысловых объектов, осуществлять крупномасштабную биомелиорацию и сделать многое другое в этих целях.

Наибольшими возможностями в этом отношении располагает громадный бассейн Тихого океана с обширными площадями шельфовой зоны, многочисленными подводными возвышенностями и необозримыми акваториями пелагиали, с исключительно многообразной фауной рыб и беспозвоночных. В его пределах добывается 35,2 млн. т (1978 г.), т. е. половина мирового вылова и несомненно, что в ближайшие десятилетия эта доля будет еще более значимой.

В северо-западной части Тихого океана расположены относительно неглубокие окраинные моря (Берингово, Охотское, Японское, Желтое, Восточно-Китайское, Южно-Китайское), общая площадь которых превышает суммарную акваторию всех других окраинных морей Мирового океана. Так, например, только шельф Берингова моря по площади примерно равен шельфам Баренцева и Северного морей, вместе взятых. Несколько меньше шельф Охотского моря. Именно здесь в пределах окраинных морей и прилегающих к ним районах в настоящее время осуществляется наиболее результативное рыболовство.

Узкий и крутой материковый склон составляет значительную часть подводных окраин северной и Южной Америки, Японии, периферических островных гряд на западе и северо-западе океана.

Рельеф дна Тихоокеанского бассейна характеризуется не только преобладанием больших (свыше 3 тыс. м) глубин, но и наличием многих протяженных подводных хребтов, островов и плато, многочисленных поднятий океанического ложа. Здесь насчитывается большое число подводных гор, из которых более 3 тыс. имеют глубину менее 2 тыс. м. Такого рода возвышенности способствуют интенсификации перемешивания глубинных, богатых биогенными элементами вод с поверхностными водными массами, образованию в прилегающих к ним участках высокой биологической продуктивности. Благодаря чему здесь образуются крупные скопления рыб.

Общая крупномасштабная циркуляция вод Тихого океана и системы течений определяют зональное распределение водных масс и продуктивных районов.

Мезомасштабная циркуляция вод, меандры, вихри, участки устойчивых подъемов глубинных вод сказываются не только на доставке в фотический слой биогенных элементов и на первичном продукционном процессе, но и на миграциях промысловых объектов, на их жизненном цикле. По фронтальным зонам течений устанавливаются границы распределения некоторых видов, и вдоль такого рода зон направляются миграции многих пелагических видов, таких, как лососи, кальмары, тунцы.

Следует подчеркнуть большое, подчас определяющее значение относительно небольших круговых течений, совершающих полный круговорот за 10—20 суток в шельфовой, неритической, дальненеритической и эпипелагической зонах, для воспроизводства, а тем самым и для уровня численности многих промысловых объектов (ставрида, скумбрия, сардина, макрелещука, минтай, камбала, крабы и др.).

Современные представления о размещении водных масс различного происхождения и объеме первичной продукции позволяют оценить с биопродукционной точки зрения различные районы Тихого океана. Установлено, что высокопродуктивные зоны, в пределах которых создается около 70% всего объема первичной продукции, занимают 30% акватории океана, причем на 17% наиболее продуктивной океанической площади находится 56% всего зоопланктона.

В Тихом океане существует несколько очень продуктивных районов — окраинные моря, зоны калифорнийского и перуанского апвеллингов, Куросио, течение Гумбольдта, отдельные участки океанической пелагиали и др. В восточной части Берингова моря, например, первичная продукция составляет 150 гС/м2, а на отдельных участках достигает 300 гС/м2.

Высокий уровень рыбопродуктивности тихоокеанских окраинных морей определяется бентической фауной, вертикальной циркуляцией вод в осенне-зимний период, выносящей в поверхностные слои питательные вещества, а также свойственными мелководьям круговыми течениями и одновременно наличием необходимых для икринок укрытий. Все это обеспечивает благоприятное развитие и жизнедеятельность молоди и взрослых особей многих донных видов (камбал, морских окуней, терпугов, сельди, крабов и др.).

В Тихом океане (в слое 0—500 м) ежегодно продуцируется более 10 млрд. т зоопланктона, что обеспечивает существование многообразной фауны рыб и крупных беспозвоночных, объем запасов которых, по ориентировочной оценке, позволяет довести вылов по меньшей мере до 50 млн. т, т. е. существенно превышающий достигнутый в настоящее время.

В пределах участков высокоградиентного распределения вод в пелагиали, т. е. там, где наблюдаются наибольшие отклонения от «нормального» размещения водных масс, создаются условия, благоприятные для образования зон повышенной биопродуктивности, а тем самым и рыбопродуктивности. Здесь образуются промысловые скопления многих пелагических видов рыб. В пределах открытых районов Тихого океана П. А. Моисеевым установлено наличие от 4 до 9 млн. км2 такого рода вергентных зон, в пределах которых рыбопродуктивность может составить порядка 800 кг/км2, а вероятный вылов достичь 5—7 млн. т относительно крупных объектов (ставриды, скумбрии, макрелещуки, сардины, кальмара и др.).

Особенно обнадеживающими оказались результаты исследований и поисковых работ по выявлению ресурсов мелких мезопелагических рыб и их распределению в пределах акватории Тихого океана, возможность вылова которых ранее практически не учитывалась при оценках потенциальной океанической рыбопродуктивности. Более 40 видов рыб, размер которых обычно не превышает 8 см, относящихся к семействам миктофид и гоностомовых, могут рассматриваться как промысловые, способные образовывать весьма объемные скопления с уловами до 70 и более тонн в сутки на траулер. По подсчетам упомянутых ранее исследователей, в бассейне Тихого океана биомасса этих рыб достигает 40 млн. т, а их вылов, по мнению английского биолога Гулларда, может составить несколько десятков миллионов тонн.

Исключительно велики объемы биомассы криля в тихоокеанском секторе Антарктики. Несомненно, что мелкие объекты, криль и мезопелагические рыбы, являются самыми значительными среди неиспользуемых ресурсов Тихого океана.

В бассейне Тихого океана особое значение приобретают усилия по созданию и развитию марикультурных хозяйств, по направленной биомелиорации, акклиматизации и трансплантации гидробионтов, по повышению биопродуктивности ценных промысловых объектов.

Следует помнить, что именно в бассейне Тихого океана зародились и особенно значимо развились марикультурные хозяйства. Так, гавайцы еще в XV в., т. е. задолго до появления кораблей капитана Кука у их берегов, успешно разводили и выращивали морских рыб.

Ныне усилиями рыбаков Японии, Филиппин и других стран в пределах Тихоокеанского бассейна выращивается до 80% общего мирового объема марикультурной продукции. Предварительные подсчеты показывают, что вблизи Тихоокеанского побережья СССР имеется 38 тыс. км мелководий, пригодных для создания марикультурных хозяйств, продукция которых может составить 1,5 млн. т. Соответственно у берегов Японии (40 тыс. км2) может выращиваться 8 млн. т и у берегов США (40 тыс. км2) — 9 млн. т водных объектов.

Говоря о марикультуре, уместно подчеркнуть громадную перспективность усилий стран, в реках которых нерестятся тихоокеанские лососи, по наращиванию масштабов их искусственного и естественного воспроизводства. Есть все основания утверждать, что такого рода объединенные и координированные усилия могут обеспечить в ближайшем будущем значительное нарастание численности этих ценных рыб и увеличение их суммарного вылова с 350—400 тыс. т до 800—900 тыс. т.

Общий объем объектов марикультуры в бассейне Тихого океана может составить в относительно ближайшей перспективе не менее 15 млн. т.

Самовоспроизводящиеся биологические ресурсы Тихого океана обладают такими потенциальными возможностями, что при условии их рационального использования и принятия должных мер по их сохранению и приумножению они могут обеспечить не менее 80 млн. т водных объектов, или до 30 кг на каждого жителя региона, т. е. значительно больше, чем теперь.

Если учесть, что половина населения нашей планеты, т. е. около 2,5 млрд. человек, живет в странах Тихоокеанского бассейна и что многие из прибрежных стран стремятся улучшить свой пищевой баланс, подчас совершенно неудовлетворительный, за счет развития морского промысла и выращивания водных объектов, становится очевидным особое значение целенаправленных усилий по совершенствованию и развитию рыбного хозяйства в бассейне этого самого крупного океана нашей планеты.

Несомненно, что консолидация усилий ученых всех стран на этом благородном поприще будет способствовать тому, чтобы девиз XIV Тихоокеанского конгресса «Природные ресурсы Тихого океана — на благо человечества» был претворен в жизнь.

Автор: П. А. Моисеев, доктор биологических наук

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: