Факультет

Студентам

Посетителям

Природные ресурсы тундролесья и условия их освоения

С развитием техники и ростом культуры человечества и особенно с ростом его численности рациональное использование природных ресурсов стало просто немыслимым без учета зональных условий.

Продуктивность лесов в тундролесье небольшая. Господствующий класс бонитета тундролесных лесов — Va с запасами, даже в южных подзонах редко превышающими 80—200 м3/га на лесопокрытой площади. В средних же подзонах обычный запас древесины — 30—50 м3/га. Следует учитывать, что лесопокрытые площади перемежаются с озерами, болотами, заболоченными рединами (марями, лесотундрой), каменистыми полянами, покрытыми лишайниками, или горными тундрами. Так, в зоне западносибирского тундролесья лесопокрытые площади не достигают и 30%.

Лесистость восточносибирской зоны тундролесья почти такая же. Четверть ее территории занимают горные тундры и почти столько же — мелколесья на влажных; склонах, не представляющих промышленного интереса. Лишь леса пойм и прибровковых полос речных террас имеют IV и V класс бонитета с запасами 80—180 м3/га, но площадь их не достигает и 10% (Поздняков, 1969). В полосе нескольких метров вдоль бровки поймы ветречаются деревья, относящиеся даже к I—III классам бонитета, и именно эти деревья представляют наибольшую ценность для использования в новостройках. Более залесены европейское и отчасти среднесибирское тундролесья (до 40—50%). Однако и в них мало деловой древесины. Только среднесибирская лиственницу может использоваться на крепежную стройку, а сосну европейской зоны — в качестве строительного материала и сырья лесопереработки.

Не менее 80% лесопокрытой площади занимают спелые и перестойные редколесья. Рост и возобновление деревьев крайне медленны. Например, лиственничники на плакорах среднесибирской зоны за 300 лет достигают высоты всего 8—12 м. Сосняки европейской и западносибирской зон достигают возраста естественной спелости через 200 лет. Между тем вокруг многих, особенно крупных, поселений деревья вырублены еще до того, как население перешло на кирпичные и блоковые постройки и на угольно-газовое отопление. Вместо лесов вырубки занимаются процветающими здесь кустарниками, и особенно ерниками, или заболачиваются.

Большая часть лесов тундролесья относится к резервным III группы. Промышленное их освоение носит очаговый характер в связи с новостройками и особенно разработкой полезных ископаемых. Весьма важно сохранение лесов, хотя бы редин, вокруг строящихся населенных пунктов. Леса, прилегающие к населенным пунктам, служат местом отдыха, сбора ягод и грибов. Они имеют водорегулирующее и ветрозащитное значение. Так, среднегодовая скорость ветра в Норильске в два с половиной раза больше, чем в Снежногорске, где леса сохранены. Зимой это умеряет снежные заносы дорог и улиц.

Всем лесам, в том числе и редколесьям, свойственно некоторое перераспределение тепла и влаги. Лиственничники, сосняки и березняки задерживают кронами до 15%, а травяно-кустарничковый покров — 2—5% жидких осадков, которые с них испаряются. Запас воды в снеге под лиственничниками и березняками на 7%, а в сосняках до 12% меньше, чем на открытых местах. Лесная подстилка в лиственничниках удерживает 7—13 мм, а в сосняках — до 2 мм влаги выпадающих атмосферных осадков и предохраняет почву от испарения (Поздняков, 1969), сильно замедляя поверхностный сток и эрозию почв.

В связи с избыточной влажностью зоны тундролесья водоохранные лесные полосы вдоль рек не имеют столь существенного значения, которое они приобретают в тайге, особенно в южной, в широколиственных лесах и лесостепях. Поэтому использование древесины наиболее продуктивных пойменных лесов не слишком противопоказано. Только там, где к рекам подходят горные крутые склоны, леса пойм и террас должны сохраняться в виде заслона нерестовых рек от продуктов денудации склонов и заиления. К тому же возобновление пойменных лесов во много раз быстрее, чем на коренных склонах или на плакорах.

По данным Магаданской лесной опытной станции, разные типы лиственничников имеют существенно различную способность лесовозобновления. Большое число подроста наблюдается в грушанково-брусничных и вейниково-разнотравных лиственничниках (не более 1 тыс/га). Еще больше подрост в бруснично-зеленомошных и брусничных лиственничниках (2—5, а нередко и до 20 тыс/га). Поэтому эксплуатация этих типов лесов наиболее рациональна при условии сохранения подроста. Значительно хуже возобновление в лиственничниках Голубкиных, лишайниково-брусничных и особенно в голубично-багульниковых, сфагново-багульниковых и лишайниковых. Практически нет подроста и прекращается возобновление в травяно-болотных и кедрово-стланиковых лиственничниках. Вообще возобновление слабо на переувлажненных местообитаниях: низких междуречьях, пологих склонах, а также и на каменистых склонах гор. Долго не зарастают магистральные трелевочные волоки.

Лесные пожары обычно влекут последующее заболачивание или разрастание кустарников. Но в некоторых случаях они способствуют благоприятной подготовке почвы под возобновление лиственницы. Во всяком случае, естественное возобновление ее на гарях идет на 5—10 лет раньше, чем на вырубках. Это связано с уничтожением мохового покрова, тормозящего всхожесть семян, и с тепловой мелиорацией почв. Вообще же сплошные рубки на лесопокрытых площадках совершенно нерациональны, так как крупные деревья, годные в качестве деловой древесины, как правило, рассредоточены среди тонколесья. В большинстве случаев деловая древесина поставляется в населенные пункты тундролесья из южной или средней тайги. Так, из бассейна Лены лес привозится в Тикси и оттуда транспортируется по Оленьку, Яне, Индигирке и Колыме в районы строительства в бассейнах этих рек.

Под древесным пологом редколесий и редин развиваются лишайники — основной зимний корм оленей. По сравнению с тундрой под редколесьем значительно снижается плотность снега, что обеспечивает легкость добычи корма. Под пологом редколесий брусника, голубика, черника имеют не только большее распространение, но и лучший рост, более крупные ягоды, чем в южной тундре. Значительно больше и шляпочных грибов, которые лучше образуют микоризу на неглубоко расположенных корнях деревьев. Грибы, содержащие белки, служат существенной добавкой к рациону северных оленей, нуждающихся в восполнении белкового дефицита. Наконец, лесные сообщества, имея несколько ярусов, а следовательно, наибольшую концентрацию растений на единицу площади, в 10—15 раз больше других растительных сообществ выделяют кислорода (Попов, 1971).

Как показали эксперименты научно-исследовательских сельскохозяйственных станций, выращивание деревьев идет значительно успешнее под деревьями, чем на площадях с полностью сведенным лесом. Все это дает основание присоединиться к голосу наших североведов Б. А. Тихомирова (1953, 1955), В. И. Андреева (1968), Б. Н. Норина (1957, 1961, 1967) и других, которые активно настаивают на создании 100—150-километровой лесоохранной полосы вдоль северной границы распространения деревьев. Это существенно повысит биологические ресурсы тундролесья.

С редколесьями связаны значительные ресурсы диких пищевых растений, которые используются крайне мало и в основном для удовлетворения нужд местного населения. Наиболее распространенные из пищевых — брусника, голубика, черника, клюква, морошка, княженика, смородина черная и красная, шиповник, грибы, в небольшой степени черемуха, рябина, орешки кедрового стланика, многие лекарственные травы. Наибольшее же значение имеют кормовые лишайники и травы, на которых основано оленеводство и молочное животноводство Крайнего Севера.

Большие площади лишайниковых редколесий с почвами легкого механического состава, и особенно в южных подзонах тундролесья, занимают брусничники. Они быстро заселяют вырубки и гари там, где они не заболачиваются. Ягода брусники содержит до 11,8% сахара, 55—60 мг% витамина С, 0,6 мг% каротина — провитамина А. Брусника дает устойчивые урожаи, особенно там, где суше почвы, светлее леса, или на удобренных золой гарях (Федорова, 1948). Урожайность брусники довольно большая, например в бассейне р. Таз — в среднем 250—370 кг/га, а на Енисейском Севере иногда превышает 1 т/га. Однако сбор этой ценной и хорошо сохраняющейся ягоды пока не достигает и тысячной доли процента от биологических запасов (Сыроечковский, 1974).

В зеленомошных тундролесьях, особенно в западной половине СССР (до гор Путорана), часто встречаются черничники. Запасы черники меньше запасов брусники, но ее ягоды имеют разнообразное применение, в том числе лекарственное. Ягода черники содержит 22,6—33 мг% витамина С и 0,04 мг% витамина В. Урожайность черники достигает 350—400 кг/га (Сыроечковский, 1974).

Немаловажное значение, особенно в западных секторах тундролесья, имеет клюква (большей частью мелкоплодная в отличие от крупноплодной таежной). Она содержит 4% сахара и 25—44 мг% аскорбиновой кислоты (витамина С). При морозах витамин полностью разрушается.

В сфагновых редколесьях и на заболоченных моховых участках встречается морошка — ценное противоцинготное средство. Витамин С, содержащийся в ее ягоде (до 55—60 мг%), не разрушается при замерзании и оттаивании. Урожайность морошки в северных подзонах тундролесья достигает 176—800 кг/га.

Витаминозность растений возрастает в северном направлении, во всяком случае до полярного круга. Так, хвоя ели под Минусинском содержит 180 мг% аскорбиновой кислоты, а под Туруханском — 280 мг%. В черной смородине у Красноярска содержание витамина С не превышает 200 мг%, а близ Игарки — 277 мг% (Федорова, 1948). При варке черной смородины ее витаминозность сохраняется. Это типичное растение пойменных лесов имеет в тундролесье среднюю урожайность 250 кг/га (Сыроечковский, 1974).

По всей ширине редкостойных, слегка заболоченных лесов и по окраинам болот обычна голубика со средней урожайностью около 600 кг/га.

Велики запасы грибов. В пределах лесотундры широко распространены подосиновики и сыроежки, которые вегетируют 30—35 дней. В южных подзонах тундролесья грибы более разнообразны: подосиновики, маслята, волнушки, белянки. Разные их виды держатся от конца июля до середины сентября (40—50 дней). Их урожайность — 60—70 кг/га (Сыроечковский, 1974).

Кедр заходит только в зону западносибирского тундролесья. Его запасы невелики, и промысел кедрового ореха не имеет существенного значения, но восточнее Лены в кедровостланиковых зарослях запасы кедровых орешков значительны. Они пока не используются, но могут быть хорошим источником масляничного сырья. Кроме того, орехи привлекают кедровок, бурундуков, белок, за которыми охотится такой ценный пушной зверь, как соболь. Таким образом, кедровый стланик имеет хоть и косвенную, но вполне определенную хозяйственную ценность.

Большое практическое значение имеют промысловые пушные и копытные животные, водоплавающие и куриные птицы, сиговые, осетровые и лососевые рыбы.

По числу заготовляемых шкурок преимущество принадлежит белке. На нее не охотятся в лесотундрах, на Кольском полуострове и в верхних зонах гор Урала, Путорана, Верхоянского, Черского и Колымского нагорий, остальная же, большая часть относится к промысловым. В расчете на 100 км2 наибольшее число — до 100 заготовляемых шкурок — приходится на бассейн Мезени. От 25 до 50 шкурок добывается в остальной части зон восточноевропейского, западносибирского и в южных районах восточносибирского тундролесья. Наименьшую добычу — от 12 до 25 шкурок — пока дает среднесибирская зона — среднетундролесная подзона Восточной Сибири.

Лесотундра западно- и среднесибирской зон богата песцом. Хотя основная его добыча — в северных тундрах, но вся лесотундра относится к песцово-промысловой.

Зимой лесотундра наиболее густо населяется песцом. Вообще же численность песца в разные годы подвержена значительным колебаниям (в 5—6, а изредка до 15 раз), что зависит от колебания численности лемминга, на которую в свою очередь влияет не только состояние растительных кормов, но и снежность зим, дождливость лета и т. п. Обычно увеличение песцов происходит через 2—3 года.

Ценнейшую пушнину дает соболь. Главный ареал его обитания — к востоку от Урала, где и расположены соболиные охотничьи угодья. Ранее почти полностью выбитый в тундролесных зонах, в результате принятых мер соболь уже к 1970 г. заселил их в годной для промысла концентрации, но опять-таки кроме лесотундр и некоторых районов бассейна Колымы. Однако по сравнению с тайгой тундролесья дают мало соболиных шкурок — в среднем от 0,1 до 2 на 100 км2 площади, покрытой редкостойными лесами, против 7 в южной тайге.

В 1928 г. из Северной Америки в СССР была завезена ондатра. Несколько позже ее расселили в тундролесье по бассейнам Колымы, Индигирки, Енисея, Таза, Оби, Печоры и Мезени. Зверек быстро стал размножаться, перегнав и по площади, и по численности свою родину. По расчетам охотоведов, к 1956 г. каждые 10 тыс. га водно-болотных ондатровых угодий давали выход до 872 руб. Ондатра достигла третьего после белки и соболя значения в заготовках пушнины. Однако быстрое размножение потребителя водной растительности привело к выеданию ее, особенно в тундролесье. После 1956 г. началось сокращение заготовок ондатровых шкурок. Со временем грызун стал приспосабливаться к новым видам растительной пищи, и поголовье его стало постепенно возрастать. Однако к 1970 г. заготовки его шкурок были еще в 4 раза меньше первоначального максимума 1956 г. Сейчас наиболее продуктивным ондатровым районом сохраняется бассейн нижнего течения Колымы.

Относительно лесостепей и степей в тундролесье меньше численность лисиц, — от 2 до 10 на 100 км2. Как по кормовым, так и по местам норения лисица конкурирует с песцом. Занимая общее четвертое место по значению в пушном промысле СССР, она не приобретает особенно большого веса для тундролесья. Однако ее ресурсы используются здесь не полностью.

Больше и повсеместно в тундролесье распространен заяц-беляк. Особенно он обилен в бассейне Лены и Оленька, где местами его плотность достигает 2—3 на 1 га. Это вместе с Южной Якутией самая богатая «заячья» территория в мире. Значительна численность беляка в западносибирском и восточноевропейском тундролесье. Отстрел зайца сильно отстает от его естественного прироста. Запасы его растут и используются далеко не в полной мере. Причиной этого служит малая материальная заинтересованность охотников в сдаче заячьих шкурок.

Еще больше и довольно ровно по всей территории данного ландшафтного типа, от Магаданской до Кольской провинции, распространен горностай. Особенно излюбленные места его поселения — берега столь многочисленных здесь озер и рек. Раньше промысел горностая был одним из важнейших. Сейчас он сильно сократился из-за малой доходности, хотя численность этого юркого зверька измеряется миллионами. Наибольшее число шкурок поступает из Якутии и значительно меньше — из Ямало-Ненецкого и Эвенкийского национальных округов.

Немногим меньше численности горностая численность бурундука. Однако он практически не промышляется, так как шкурка его хотя и очень красива, но малоноская.

Основное местообитание лесной куницы — в среднетаежной подзоне и смешанных лесах Европейской части СССР, где численность колеблется от 10 до 60 зверьков на 100 км2. В значительно меньшем количестве куница: обитает в южных районах восточноевропейского тундрой лесья. До революции лесная куница была почти истреби лена, но, поскольку сейчас ее промысел не слишком интенсивен, численность ее постепенно увеличивается.

В тундролесье меньше, чем в тайге, распространен бурый медведь. Это очень ценный спортивно-охотничий и промысловый зверь. Он дает декоративную шкуру, мясо и ценную для медицины медвежью желчь. В связи с увеличением интереса к охоте на него ставится вопрос о ее разрешении только по платным лицензиям. Медведь сильно поредел в европейском тундролесье, но еще обилен в восточносибирской зоне. Местами его численность достигает 10 на 100 км2.

Значительно меньше встречается росомаха, которая обитает в основном южнее.

Охота на волка производится не столько из-за его шкуры, сколько из-за приносимого им вреда. С одной стороны, волки — ценные «санитары», поедавшие больных животных, в основном северных оленей; но при большом их распространении они становятся опасными хищниками не только для полезных животных, но и для человека. Это зверь, численность которого необходимо строго регулировать. В тундролесье волков меньше, чем в тундре, — в среднем около 0,1 на 1000 км2, но они концентрируются в полосах путей миграции северных оленей. Если в Европейской части численность волков доведена до оптимального минимума, то в среднесибирском тундролесье встречаются значительные их стаи.

Из копытных зверей наибольшее экономическое и ландшафтохарактеризующее значение имеет северный олень. В тундре и тундролесье насчитывается около 600 тыс. диких северных оленей, в том числе наиболее крупные популяции в Средней Сибири (350 тыс.) и в Европе на Кольском полуострове (14 тыс. горно-тундровых оленей). Крайне мало оленей на Урале, в бассейнах Мезени и Оби, вообще там, где преобладают моховые редколесья. Главные пути миграции оленей идут по бассейнам Яны, Оленька, Анабара, Котуя, Таза, Печоры. Диких северных оленей в 3 раза меньше, чем домашних, и поэтому происходит некоторая конкуренция в местообитаниях, хотя дикие и домашние олени по-разному используют пастбище. В Европейской части и в Западной Сибири имеются некоторые возможности для увеличения поголовья диких северных оленей. Однако существенным затруднением для их миграции, а следовательно, для нормальной жизни стали трубопроводы — ресурсы недр вступают в противоречие с биогенными ресурсами.

Отмечается существенный рост поголовья оленей начиная с 1950 г., когда в основном все северные народности перешли на оседлость, а мелкие поселки объединились в крупные. В итоге сократились площади, посещаемые людьми, и в малопосещаемых районах тундролесья образовалась возможность сохранения и размножения оленьих стад. По данным В. Н. Андреева (1968), общая площадь оленьих пастбищ в тундре и тундролесье — около 327 000 тыс. га с общей оленеемкостью 2 280 тыс. голов.

На Кольском полуострове дикие олени сосредоточены в горных районах запада (Хибины, Луяврут) и на равнине юго-востока. Пастбищ достаточно, но они сильно страдают от пожаров (в 1960 г. сгорело 148 тыс. га ягельников оленеемкостью 8 тыс. голов). В восточноевропейском тундролесье увеличение поголовья оленей тормозится нехваткой зимних и весенних пастбищ. Вообще же на оленя приходится 87 га пастбищ.

В Западной Сибири домашних оленей больше диких, они занимают тундровые пастбища Гыданского и Тазовского полуостровов.

В Средней Сибири диких оленей в 2,5 раза больше, чем домашних. Здесь самый высокий в СССР показатель оленеемкости. В некоторых районах площади пастбищ настолько велики, что позволяют увеличить поголовье оленей в 20—30 раз, так как сейчас на одного оленя приходится до 600 га пастбищ. Пастбища вполне удовлетворительные, но часто страдают от пожаров. Ягельники в сухом состоянии быстро охватываются огнем, а восстанавливаются крайне медленно — иногда через десятки лет. В бассейне Оленька на зимних пастбищах дикие олени сосредоточиваются вместе с домашними.

Восточносибирская зона, где обширные тундролесные равнины сочетаются с горными, имеющими тундровый пояс, весьма перспективна для оленеводства и увеличения поголовья диких оленей. Однако при разобщении летнего выпаса, зимовки диких и домашних оленей происходят на общих тундролесных пастбищах, что заставляет изыскивать способы рационального использования их.

Использование пастбищ дикими и домашними оленями различно. Дикие олени все время в походе. В год они проходят до 2,5 тыс. км. На ходу они делают небольшие лунки, забирая из них всего 10%, а при глубоком снеге до 20% корма. Домашние же —подолгу находятся на ограниченных площадях, делают в 2 раза больше лунки, забирая из них до 80% корма. По анализам желудков таймырских оленей (с гор Путорана) оказалось, что дикие олени зимой используют 45% осоково-пушицевой ветоши, что способствует возобновлению осоково-пушицевой растительности, 40% алектории, 10% дриады, голубики, брусники, зеленых мхов, а клядонии (собственно ягеля) — всего 5%. В то же время домашний олень потребляет около 50% клядонии и почти не берет алектории. Продукция от промысла диких оленей пока имеет только местное значение. Наибольший промысел идет в среднесибирской зоне. Так, за 1926—1927 гг. из таймырской популяции добыто 8 тыс. оленей, а за 1965—1970 гг. ежегодно добывалось до 10 тыс., но возможен отстрел без ущерба для стада до 40 тыс. животных. В Таймырском национальном округе в 1962 г. реализовано мяса домашних оленей 4935 ц, а диких — 6500 ц. В отдельные годы по одному из оленеводческих колхозов бассейна Котуя мясная продукция дикого оленя достигала 309—494%, по отношению к домашнему (Мичурин, 1967). Отходы охоты на северного оленя, так же как и от забоя домашних, наряду с рыболовством используются для клеточного зверохозяйства. На Кольском полуострове необходимо развивать спортивный отстрел северного оленя.

Наиболее сложная проблема как для оленеводства, так и для воспроизводства диких оленей — сохранение для них пастбищ. В связи с легкой порчей ягельных и травяных пастбищ при пожарах, разработках полезных ископаемых, вырубках деревьев, транспортировке грузов на вездеходах и т. п. они заметно сокращаются. Необходимы не только общеприродоведческие, но и юридические мероприятия, чтобы и к тундролесным угодьям было такое же государственное отношение, как и к земельным ресурсам. Для суточного потребления корма зимой каждый олень раскапывает по 30—50 м2 площади, хорошо обеспеченной кормами. На бедных пастбищах раскапываемая площадь увеличивается до 200 м2. Поскольку раскапывание идет не сплошь, а лишь лунками, то практически для суточного прокорма оленя зимой требуется площадь около 800 м2 с запасами потребляемых кормов не менее 0,6 ц/га.

Начиная с 30-х годов текущего столетия в связи с ограничительными мерами охоты, а также с некоторым потеплением климата в тундролесье заметно увеличилось поголовье лосей. Наибольшая плотность их — до 20 голов на 100 км2 — отмечается на Кольском полуострове и в бассейне Мезени, меньше — в бассейне Печоры, где численность их не превышает 10, еще меньше — на Урале и в западносибирской зоне — 3—4 особи, а от Енисея до бассейна Индигирки — меньше 3. Некоторое увеличение лосей наблюдается в бассейне Колымы — до 4 голов на 100 км2. Установлено, что при плотности менее 10 лосей на 100 км2 их отстрел не должен превышать 10%. Таким образом, только в европейском тундролесье добыча лося может подниматься до 20% его численности.

Все другие млекопитающие не имеют существенной значимости в ресурсах данного ландшафтного типа.

Относительно тундры здесь меньше и водоплавающих птиц. Из общего с тундрой их числа — около 25 млн. — в тундролесье гнездуется меньше 1/5. К тому же за последнее двадцатилетие наблюдается сокращение их численности. Так, нашими наблюдениями за водоплавающими на озерах гор Путорана в 1954 г., а затем в 1969—1970 гг. отмечено полное исчезновение лебедей, которые присутствовали минимум на 40 больших озерах; резкое сокращение гусей, уже не гнездящихся на многих озерах, освоенных рыбаками, геодезистами и геологами; во много раз уменьшилась встречаемость уток. Так, еще в 1960 г. в низовье Енисея охотник за весну добывал до 200 уток, а в 1970—1974 гг. — всего 50—60. Вообще для промысловой загрузки водоплавающие, прилетающие на лето, используются мало из-за трудности хранения. Они идут в пищу рыбакам и экспедиционным работникам, которые слишком часто не считаются со сроками охоты и истребляют все, что попадается, в том числе во время кладки яиц и вывода потомства, что приносит многократный урон птичьему населению. Кроме того, еще больший урон водоплавающим приносит зимняя охота за пределами тундролесья СССР.

Основная заготовка водоплавающих идет на перелете. Из уток больше всего добывают крякву, чирков свистунка и трескунка, шилохвостое, синьгу, турпана, свиязя, красноголового нырка, хохлатую чернеть, широконоску, морянку, крохаля и др. Наибольшее количество отстреливается на Европейском Севере — до 3 млн. штук в год — и в низовье Оби, где только на пойме плотность их достигает 30 тыс. птиц на 100 км2. В Средней и Восточной Сибири уток меньше. Здесь особенно заметно их сокращение. Ранее многочисленные черная казарка и чирок-свистунок теперь стали редкостью.

Немалое значение в товарных заготовках имеют куриные птицы. Больше всего заготовляется белой куропатки, причем часть ее экспортируется за границу. Особенно много куропатки добывается в бассейнах Оби и Таза — до 300 тыс., на Европейском Севере — до 200 тыс. штук. Велика плотность белой куропатки в среднесибирской лесотундре — от 150 до 350 пар на 100 км2. В меньшей степени отстреливается тундряная куропатка, которая не заходит зимой южнее лесотундры.

Боровая дичь (глухарь, рябчик и тем более тетерев) немногочисленна. Рябчик вообще мало селится в светлохвойных лесах, и тем более тундролесных. Глухарь больше тяготеет к сосновым лесам, а тетерев больше типичен для южной тайги. Поэтому заенисейские тундролесья крайне бедны этими птицами. Относительно часто глухарь встречается в бассейне Оби, там же по краям болот встречается тетерев. Основная часть заготовок боровой дичи происходит южнее тундролесья.

Большое количество рек и еще большее — озер сосредоточивают значительное рыбное население. Но оно ограничено пищевыми ресурсами. Очень большое количество водотоков и водоемов тундролесья относятся к олиготрофным — малокормным. Только пойменные и некоторые малые озера в южных подзонах относительно богаты бентическими формами, а планктона всюду меньше, например на Енисее — от 0,14 до 0,45 мг/м3.

Наиболее ценные осетровые рыбы имеют наименьшее распространение. Стерлядь (Acipenser ruthenus) водится только в бассейнах Оби и Енисея. Во многих реках от Колымы до Оби встречается сибирский осетр (A. baeri).

Лососевые распространены шире. Голец (речной) и голец паллия (озерный — Salvelinus) населяют очень многие равнинные и горные озера и бассейны рек от Колымы до Оби. Только в бассейне Печоры нерестится семга (Salmo salar), а кумжа (S. trutta), проходная рыба, встречается к западу от Урала.

Практически по всем бассейнам рек и в относительно значительных количествах распространены сиговые и частиковые рыбы.

Наименее рыбообильны реки восточносибирской зоны. В бассейне Колымы промысловыми являются ряпушка, пелядь, чир, нельма, омуль; как объект спортивного рыболовства — хариус, щука, окунь. Запасы вполне достаточны для ежегодного вылавливания в год до 25 тыс. ц высококачественной рыбы. До 20 тыс. ц ряпушки (до 40% улова), муксуна, чира, омуля, нельмы и сига можно отлавливать в бассейне Индигирки. На Яне ряпушка дает около 80% улова. В горных озерах из ценных пород обитают голец и сиг, которые идут на местные нужды и не учтены.

Больше рыбы в Лене, где вылавливается осетр, таймень, нельма, ряпушка, омуль, пелядь, чир, сиг, муксун, корюшка. Большинство этих видов кроме тундролесья нерестится в таежной зоне. Главный же промысел идет в дельте Лены, хотя почти вся рыба проходит участок реки через тундролесье.

Енисей стоит в первых пяти рыбопромысловых реках СССР. Большое количество пойменных озер в нижнем течении служит отличным местом нагула рыбы. Это делает тундролесный участок реки наиболее продуктивным. Тем не менее рыбопродуктивность реки не слишком велика — 5 кг/га. На участке зоны вылавливается около 11 тыс. ц рыбы. Больше половины улова составляют лососевые и осетровые. Высокая численность хищных рыб, по-видимому, снижает концентрацию рыбы. Протоки Енисея дают в основном частиковую рыбу, идущую для местного потребления и зверофермам. Рыбопродуктивность Хеты, Хатанги и Пясины меньше Енисея (2,2 кг/га). На Пясине ловят ряпушку, сига, чира, омуля, гольца, а на Хатанге к ним прибавляется нельма, таймень, ленок, налим, тугун, муксун, пелядь, корюшка, щука, сорога, окунь. Перелов рыбы в послевоенные годы сильно сократил численность муксуна. В крупных озерах гор Путорана идет добыча только ценных видов рыб: сига, гольца, ряпушки, но в них много и налима, щуки и других, которые из-за малой ценности не вывозятся самолетами из этих бездорожных и ненаселенных районов.

Основным рыбопромысловым районом Сибири вообще является Западная Сибирь. Только на Оби добывается почти в 8—10 раз больше рыбы, чем на Енисее или Лене. В большой степени рыбообилие связано с многочисленными озерами широких речных пойм. По видовому составу здесь в основном нет разницы с енисейской ихтиофауной. Основной фон добычи составляют сиговые рыбы. В озерах, и именно в тундролесных, много щуки, язя, налима, окуня. Средняя продуктивность озер — 15 кг/га. Основные рыболовецкие районы — приустьевые части Оби, Таза — сырково-ельцово-щучий район, дающий здесь до 76% улова сигов. Противодействующим фактором размножения выступают заморные явления на реках и промерзание мелких озер.

Уральские реки имеют существенное значение как нерестилища. В верховья рек западного склона Урала заходит на нерест семга, которой нет в бассейне Оби. Бассейн Печоры дает около 20 тыс. ц лососевых, сиговых и хариуса. К верховью Печоры ценные виды рыб заменяются частиковыми.

На отходах рыбного промысла, субпродуктов оленеводства и охоты, а также специальных заготовках частиковой рыбы базируется клеточное звероводство песца, серебристо-черной лисицы, норки. Звероводство развито довольно широко, однако расширять его еще больше нужно лишь в тех местах, где оно обеспечивается дешевыми охотничье-рыбными кормами, т. е. в хозяйствах, занимающихся охотой и рыболовством в широких пределах. В Западной Сибири, очевидно, целесообразно несколько сократить клеточное звероводство в связи с быстрым увеличением населения и дополнительным привлечением рыбопродуктов для его питания (Сыроечковский, Рогачева, 1975).

Одним из ценнейших природных ресурсов тундролесья является вода. Благодаря положительному балансу в ее круговороте создаются избыточная влажность, многоводность рек, обилие озер и болот. При этом вода, как правило, маломинерализована. В век интенсивного развития техники, роста водопотребляющих производств, орошения и обводнения засушливых сельскохозяйственных районов юга нужда в воде стремительно растет. Закономерно возникает проблема не только более интенсивного использования избыточных вод тундролесья для энергетических и водопотребляющих предприятий в пределах их территории, но и переброски вод в южные районы. Так, разработан проект переброски 40 тыс. м3 воды в год из бассейна Печоры в бассейн Волги (Камо-Печоро-Вычегодское водное соединение). В процессе разработки находится вопрос использования вод Оби, Иртыша, Енисея для обводнения зоны степей континентального сектора. Вполне логичная идея создания рационального водораспределения должна быть подкреплена тщательными расчетами и оценками природных взаимосвязей и взаимозависимостей, чтобы не столкнуться с фактом непоправимых нарушений природной целостности. Эта проблема пока крайне мало исследована, но уже поставлена в качестве совершенно необходимой перед природоведами, и в первую очередь перед географами.

Густая гидрографическая сеть тундролесья издавна служила путями сообщения; сыграв существенную историческую роль в освоении севера, водные пути сообщения не потеряли сейчас своего транспортного значения. Именно по рекам перевозятся наиболее крупногабаритные грузы летом, а зимой их лед служит автодорогами. Для автотранспорта толщина льда должна быть не менее 30—35 см, а, кроме европейского тундролесья, она везде больше. Лед может служить дорогами почти везде (кроме Европейской части) не менее пяти месяцев.

В районах добычи россыпных месторождений полезных ископаемых вода является необходимым средством производства, без которого невозможно извлечение металла из рыхлых горных пород. Длинная зима сильно задерживает промывку породы, и поэтому в этот период идет только заготовка песков, а промывка начинается после вскрытия рек.

Потенциальные запасы гидроэнергии тундролесья огромны; здесь размещены низовья большинства крупнейших рек Советского Союза. Так, энергия наиболее водоносных рек — Енисея и Лены оценивается в 160 млрд. кВт∙ч каждая, Оби — в 100 млрд. кВт∙ч; Мезень, Печора, Пур, Таз, Хатанга, Анабар, Оленёк, Яна, Индигирка, Колыма могут дать от 20 до 70 млрд. кВт∙ч среднегодовой выработки электроэнергии каждая. Сейчас эти возможности начинают реализоваться. Построена самая северная в мире заполярная Хантайская ГЭС на правом притоке Енисея — небольшой, но зарегулированной одноименным озером р. Хантайке. Строится гидроэлектростанция в среднем течении Колымы, проектируется — на Лене и других реках. Гидроэлектростанции по сравнению с электростанциями, работающими на угле, удешевляют в несколько раз энергию, необходимую для разрастающейся горнодобывающей промышленности и бытовых нужд растущего населения. Кроме того, они не загрязняют атмосферу дымом.

Обилие воды создает предпосылки для заболачивания низменных и равнинных территорий. Заболачивание в определенных условиях вызывает торфонакопление. Труды исследователей Н. Я. Каца, Н. И. Пьявченко, М. И. Нейштадта, С. Н. Тюремнова и других показывают, что современное торфонакопление идет в основном в лесных зонах, а торф в тундре и лесотундре — реликт более оптимальных, чем современные, климатических условий. Заболачивание и распределение типов болот, а следовательно, и торфяных залежей стоят в непосредственной связи с широтной и долготной зональностью. По классификации и схеме районирования Н. Я. Каца (1948), в пределы тупдролесья входят: пушицевые кочкарники, заболоченные лиственничники, сфагновые болота Восточной и Средней Сибири; зона плоскобугристых болот среднесибирской и западносибирской лесотундр; зона крупнобугристых торфяников западносибирского тундролесья и восточно- и западносибирских лесотундр; небольшая часть зоны выпуклых олиготрофных болот — в восточноевропейском и южной подзоне западносибирского тундролесья и, наконец, зона торфяников аппа-типа на Кольском полуострове.

Выпуклые олиготрофные болота занимают южные подзоны тундролесья в западносибирской и восточноевропейской зонах. Этот тип сохранил современное торфообразование. Особенно заторфованы аллювиальные равнины бассейнов Мезени и Печоры — до 30—40%. В Западной Сибири максимальная заторфованность лежит южнее тундролесья — сказывается усиление континентальности.

Болота интенсивно наступают на леса. Средняя мощность торфяных залежей — 2,2 м при максимальной 10 м. Верхние слои торфа имеют малую или среднюю степень разложения, малозольные при сжигании. Это ценные ресурсы для торфоизоляционных и стройматериалов, подстилки в животноводческие фермы, сырья химической переработки. Нижние слои (низовой торф) имеют более разложившийся, гумифицированный, часто осоковый, с древесными остатками и пнями торф (Пьявченко, 1963).

Важнейшим условием производства сельскохозяйственных продуктов являются климатические ресурсы. Благодаря достижениям агротехники за последние полвека граница выращивания огородных культур в открытом грунте подошла вплотную к полярному кругу, а в придолинных районах Енисея, Оби, Печоры и на Кольском полуострове перешагнула севернее.

По агроклиматическому районированию, разработанному Д. И. Шашко (1960), тундролесье относится к холодному поясу с суммой температур выше 10° меньше 1200 и даже 1000°. Только в горах Путорана, на Анабарском массиве и нагорьях Северо-Востока выделяется подпояс очень холодный с суммой активных температур меньше 400°. В межгорных же впадинах, наоборот, выявлены «острова» холодно-умеренного пояса (1000—1400°), где возможно возделывание серых хлебов, зернобобовых и огородных культур в открытом грунте. На всей же остальной территории холодного пояса в наиболее широких долинах рек возможно произрастание ранних овощных культур с пониженными требованиями к теплу (лук, редис, салат).

По обеспеченности растений влагой западная половина тундролесья до восточной части Путорана, а также приморская зона относятся к избыточно влажной, где отношение годовой суммы атмосферных осадков (Р) к сумме среднесуточных значений дефицита влажности воздуха (Σd) больше 0,60, а отношение осадков к испаряемости (f) больше 1,33. Большая часть территорий от восточной части Путорана до восточносибирских нагорий относится к влажной зоне, где P:Σd = 0,60—0,45, а P:f = 1,33—1,00. И только внутренние части Верхояно-Колымских гор и часть Оленёкско-Вилюйского междуречья, т. е. наиболее континентальные районы, можно отнести к полузасушливой области: P:Σd = 0,35—0,25, а P:f = 0,77—0,55. В противоположность относительно скудным зональным биоклиматическим ресурсам тундролесье обладает значительными, разнообразными ресурсами полезных ископаемых. Их характеристикам посвящена большая литература, что дает основание коснуться их лишь вкратце, тем более что главная задача книги — обоснование и районирование зонального типа ландшафтов.

На Севере вообще, и в том числе в тундролесье, экономически целесообразно вести добычу и обогащение (но пока не переработку) только таких полезных ископаемых, запасы которых обладают высокой концентрацией, а условия залегания наиболее просты для извлечения. Таких месторождений здесь немало, причем самого разнообразного ассортимента (Славин, 1964).

За последние годы шагнула вперед разведка и добыча топливно-энергетических ресурсов. В Европейской части значительная нефтеносная площадь заключена между Уралом и Тиманом, систематическое исследование которой началось с 1929 г. Основные эксплуатируемые месторождения приурочены к песчано-глинистым девонским и карбоновым слоям. Они расположены южнее тундролесья, и только в бассейне устьевой части р. Уса недавно вошло в строй ставшее известным в Европейской части СССР — Усинское месторождение. В северной части этой площади разрабатываются Шапкинское и Васильковское месторождения газа.

В 1953 г. открыты новые западносибирские нефтегазоносные провинции. В пределах тундролесья разрабатываются крупные в СССР месторождения газа. Перспективные нефтеносные площади выявлены в Аганылийской впадине (бассейн Котуя), в бассейне верховий: Оленька, придолинной части Лены на юге тундролесья. Возможны находки нефтегазоносных площадей на Северо-Сибирской, Нижнеленской и Колымской низменностях.

В Предуральском краевом прогибе в пермских слоях сосредоточены крупные в Европе залежи каменного угля самых разнообразных марок — Печорский каменноугольный бассейн. Он начал разведываться в 1930 г. и в годы; Великой Отечественной войны заменил в снабжении топливом Донбасс. Угольные пласты сложного строения, но достигают мощности 15—28 м.

Значительные угленосные площади пермь-карбонового: возраста известны в бассейнах Енисея, Пясины, Котуя, Анабара. Освоены они пока мало. Для местных нужд; разрабатывается Норильское, а в бассейне Котуя Каянское месторождение. В меловых отложениях Нижнеленской впадины заключены невыдержанные слои каменного и бурого углей. Весьма важное значение для населения и горнодобывающей промышленности восточносибирской зоны имеют месторождения бурых и каменных углей в Аркагалинской впадине (палеогеновые угли), в Зырянском бассейне (меловые) и Омсукчанское месторождение (бассейн Омолона).

Железом тундролесье значительно беднее. Известны высокосортные магнетит-гематитовые, но пока не разрабатывающиеся руды на Урале (Тельпосиз, Сабля и др.). На Кольском полуострове имеется несколько месторождений уникального характера. Железорудные докембрийские кварциты тянутся здесь тремя полосами в общем параллельно северному берегу полуострова. Наиболее богата южная полоса. Ее Оленегорское месторождение с запасами около 1 млрд т разрабатывается открытым способом.

Содержание железа в руде около 30%. В юго-западной части полуострова с ультраосновными щелочными породами связано Ено-Ковдорское месторождение железных руд — апатито-оливино-магнетитов. Добыча их идет также открытым способом (содержание железа 28—30%).

Вообще Кольский полуостров, в своих 10 геохимических узлах, как они намечены А. Е. Ферсманом, заключает большую часть химических элементов таблицы Менделеева. Несколько месторождений имеют общесоюзное значение. Таково медно-никелевое месторождение в основных и ультраосновных породах района Мончегорска. Миллионы тонн редких земель содержатся в апатитах и липаритах, руды ниобия, циркония и др.

Второй район распространения медно-никелево-кобальтово-сульфидных руд связан с интрузиями габбро-долеритов на северо-западной оконечности плато Путорана — Норильское, Талнахское и Октябрьское месторождения. Мощное рудное тело тянется вдоль обрыва Путорана и еще не полностью разведано. По содержанию никеля и меди эти месторождения не имеют себе равных.

Не менее чем Кольский полуостров насыщены разнообразными ископаемыми металлов горные системы Северо-Востока. Здесь сосредоточены золото, олово, вольфрам, серебро, ртуть, молибден, платина, кобальт, медь, сурьма, мышьяк, сера, никель, железо, марганец, хром, редкие и рассеянные элементы. Месторождения коренного и россыпного олова связаны с малыми гранитными интрузиями и дайками мелового возраста. Оловорудная Дербеке-Нельгехинская рудная зона тянется от кряжа Полоусного на юго-запад почти на 500 км, пересекая многочисленные правые притоки Яны. Эксплуатируются Депутатское россыпное месторождение касситерита (с 1951 г.) и коренное Эге-Хайское (с 1941 г.), но многие месторождения этой зоны (Илинь-Тас, Бургачан, Алыс-Хая и др.) ждут своей очереди. Рудопроявления олова имеются в бассейнах Колымы, Анюя и др. Кроме олова в руде содержатся вольфрам, кобальт, висмут, медь, мышьяк, серебро и др.

Вообще в Верхояно-Колымских горах, густо пронизанных крупными и мелкими интрузиями гранитоидов и кварцевыми жилами, сосредоточено большое количество месторождений и рудопроявлений вольфрама, молибдена, полиметаллов и золота.

Золото Северо-Востока связано с плутогенной золотокварцевой и вулканогенной золото-серебряной формациями. Эти формации образуют гигантские пояса вдоль зон разломов, насыщенные многочисленными коренными месторождениями, которые сопровождаются россыпными русловыми, террасовыми, элювиальными, делювиальными и даже солифлюкционными россыпями. Южнее нагорья Черского между Яной и Колымой протягивается золотоносный пояс. Большое количество россыпных месторождений вдоль этого пояса в большей степени отработано.

Кроме этого сейчас здесь открыты крупнейшие месторождения киновари (ртуть), сурьмы и других полезных ископаемых, многие из которых пока не разрабатываются из-за труднодоступности, но несомненно внесут существенные коррективы в приращение наших минеральных богатств (Шило, 1967).

Менее обширна и менее насыщена полезными ископаемыми, но весьма перспективна провинция Анабарского кристаллического массива. Провинция пока мало исследована, не имеет удобных подступов, но и в ней имеются указания на магнетит, титан, бурый железняк, флогопит и др.

Полиметаллическое оруденение, связанное с гранитными интрузиями, известно на Полярном и Приполярном Урале.

Одно из крупнейших открытий было сделано в 1954 г. на Оленёкском плато. В трубках взрыва древних (триасовых и юрских) вулканических аппаратов была найдена алмазоносная порода кимберлит.

Из-за удаленности, отсутствия транспортных артерий, продолжительных и холодных зим, многолетнемерзлых грунтов, трудностей водоснабжения большую часть года, наконец, из-за необходимости привоза большей части продовольствия даже уникальные богатства тундролесных недр находятся пока в резерве. Разрабатываются только те ископаемые, которых нет южнее, или содержание которых в рудах намного превышает среднее для более южных районов, или, наконец, которые имеют удобные подходы и транспортные пути. Правда, нередко именно богатства недр диктуют необходимость построения железных и автомобильных дорог. Так проложены дороги к богатствам Кольского полуострова, бассейнов Печоры и Оби.

Кроме упомянутых ископаемых на Кольском полуострове с щелочными интрузиями связаны значительные месторождения титана. В киаиитовых сланцах (докембрийских) содержится до 63% глинозема и 37% кремнезема высокостойких огнеупоров. Они могут использоваться как сырье для производства алюминия, технического фарфора, кислотоупорных изделий и др. Велики и разнообразны каменные строительные материалы: граниты, кварциты, диабазы, различные сланцы и др., керамическое сырье в виде глин и полевых шпатов с прогнозными запасами последнего 30 млн. т (Куру Ваара). Самое известное богатство Хибинского массива Кольского полуострова — это руда плодородия — апатиты с запасами в миллиарды тонн. Пока из апатитовой руды берется только фосфорный ангидрид, но в них заключен еще ряд элементов, извлечение которых начинается. Кроме того, здесь же имеются залежи нифелинов, которые недавно начали использоваться для получения глинозема, цемента и содовых веществ на Волховском алюминиевом заводе.

Много известно полезных ископаемых вдоль железной дороги Котлас — Воркута, пересекающей Тиман и бассейн Печоры. В восточном Притиманье, но южнее тундролесья в пермских соленосных и гипсоносных отложениях обнаружены огромные залежи поваренной соли и гипса. Находки этих ископаемых возможны и в тундролесном Притиманье.

Во всех палеозойских толщах широко распространены залежи строительных материалов: известняков и доломитов, годных для производства цемента, а в четвертичных отложениях — кирпичных и керамических глин. Западная Сибирь бедна строительными материалами: пока известны только кирпичные глины в приустьевой части долины Оби. Мощные залежи известняков и гипсов между бассейнами Котуя и Лены могут служить многие десятилетия базой стройиндустрии. Однако они совершенно не используются из-за отсутствия сообщения и крупных строек на месте.

Можно указать еще много районов с разнообразными и богатыми залежами полезных ископаемых — тундролесье поистине край еще не полностью оцененных и тем более использованных возможностей. Сейчас эти богатства разрабатываются только там, где они содержат уникальные запасы. Бездорожье, тяжелые гидроклиматические условия и относительно ограниченные биологические ресурсы с их легкой ранимостью, быстрым истощением, но медленным восстановлением оставляют пока минеральные богатства этих зон в резерве народного хозяйства.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: