Факультет

Студентам

Посетителям

Болезни вегетативной нервной системы

В учебниках по общей и частной патологии животных нет обобщающих сведений о заболеваниях вегетативной нервной системы. О них упоминается очень кратко, а данных, накопленных за последние годы наукой и практикой по патологии нервной системы, довольно много.

Имеются известные трудности и в методике исследования вегетативных расстройств у животных. Отчасти это можно объяснить тем, что клиническая диагностика основное внимание уделяла определению тонуса вегетативной нервной системы (рефлексы Даниньи-Ашнера, ушно-сердечный и миотонический рефлексы Роже, рефлекс Чермака, И. Г. Шарабрина и др.), а объективные тесты оценки патологических симптомов, указывающих на определенную патологию вегетативной нервной системы, не были разработаны. Например, симптом Горнера, указывающий на нарушение проводимости симпатического шейного ствола (энофтальм, птоз и миоз на стороне повреждения нерва), в учебниках не упоминается.

Раздражение симпатического нерва, наоборот, ведет к расширению зрачка и глазной щели и выпячиванию глазного яблока.

Были сделаны довольно удачные попытки создать приборы для исследования вегетативно it нервной системы. Так, И. II. Шаптала (1951) сконструировал специальную закрутку, снабженную динамометром, для регуляции определенного давления, которое, по мнению автора, может оказывать решающее значение при определении симпатикотопии и ваготонии. Наблюдения показали, что оптимальной силой давления на ухо может быть сила в 20—30 кг. Был также сконструирован глазной аппарат с манометром, позволяющим контролировать давление на главное яблоко при определении рефлексов по способу Роже, Даниньи-Ашнера. Оптимальным давлением было признано 23—30 мм ртутного столба. Автор пришел к выводу, что наилучшие результаты получаются при подсчете сердечных сокращений в течение 30 секунд при помощи фонендоскопа через каждые 5 минут. Следует согласиться с автором, что сила давления на ухо или глазное яблоко может отразиться на получении результатов и изменить количество сердечных сокращений в ту или иную сторону. Однако нельзя сводить все к давлению, так как изменение силы и частоты сердечных сокращений связано с другими, не менее важными факторами, которые при данном способе исследования не учитываются (физиологическое состояние синокаротидной зоны и кровяное давление, тип высшей нервной деятельности животных, обстановка опыта и др.).

Используя данные английского ученого Ленгли о функциональном антагонизме симпатической и парасимпатической систем, медицинские и ветеринарные авторы пытались перенести их в клинику и выделить две формы невротического состояния, с преобладанием вагуса (ваготония) или симпатикуса (симпатикотония). Однако на практике это учение не подтвердилось, и в настоящее время клиницисты используют его ограниченно. Еще в 1925 г. Н. Четвериков высказывал мысль, что в будущем придется отказаться от учения о «топиях» и заняться изучением локальных явлений.

Эта теория, клинического нейро-вегетативного антагонизма являлась упрощенной, дуалистической, неправильной. Клиническая проверка теории ваготонии — симпатикотонии показала необоснованность ее (И. И. Русецкий, 1950).

А. Д. Сперанский и А. В. Вишневский показали, что управлять течением болезни можно воздействием на нервную систему. Они предложили новокаиновую блокаду нервной системы, оказавшуюся весьма эффективной при некоторых воспалительных процессах. В дальнейшем ветеринарные врачи разработали новые методы новокаиновой блокады симпатической нервной системы, причем постепенно выяснилось, что воздействие на определенный симпатический ганглий дает наиболее выраженный лечебный эффект, если учитывают сегментарность иннервации данного участка тела симпатическими нервными волокнами. Так, выяснилось, что при воспалительных процессах в области глаза и орбиты наилучшие результаты получают от введения 5%-ного раствора новокаина в области расположения краниального шейного симпатического ганглия (А. Н. Голиков, С. Г. Шитов, 1960) или ресничного ганглия (Г. Бурчуладзе, 1970). Новокаиновая блокада каудального шейного симпатического ганглия и звездчатого наиболее эффективна при катаральной и крупозной пневмонии (А. И. Федотов, Шевцова), а эпиплевральная и параневральная новокаиновая блокада — при перитоните, метрите, цистите, панкреатите, атонии преджелудков, спастических коликах (способы И. Я. Тихонина и В. В. Мосина), блокада наружного семенного нерва при маститах у коров (Б. А. Башкиров) и др.

Возникает вполне законный вопрос, чем же объяснить, что один и тот же метод лечения оказывается эффективным при некоторых патологических процессах различной этиологии.

Объяснить такое положение можно, по-видимому, тем, что, во-первых, добиться быстрого выздоровления, применяя один и тот же метод новокаиновой блокады, но при различных воспалительных процессах можно в результате того, что воспаление независимо от локализации развивается по единой схеме — экссудация, эмиграция клеточных элементов, альтерация, регенерация. Наибольший лечебный эффект наблюдается в ранней стадии воспаления (воспалительный отек, иифильтрат); во-вторых, существующее единство между механизмом воспаления и регуляторной функцией вегетативной нервной системы дает основание считать, что исходным моментом для стимуляции реакции тканей мезенхимального происхождения является воздействие на симпатическую систему. Это положение основано на том, что кратковременное медикаментозное или механическое воздействие на симпатическую цепочку вызывает положительные трофические сдвиги в той анатомической области, которая иннервируется данным симпатическим нервом. Собственные последования показали, что при десимпатизации наблюдаются гиперемия, гипертермия и лейкоцитоз, увеличивается содержание белка, сахара, гликогена (Н. Ф. Попов, 1935), повышается фагоцитарная активность лейкоцитов (Г. Г. Голодец, Н. В. Пучков, 1948), стимулируется выработка антител (А. И. Гордпенко, 1954). Таким образом, осуществляется комплекс защитных и восстановительных механизмов, регулируемых симпатической нервной системой.

Надо полагать, что именно поэтому чаще, чем принято думать, мы встречаемся с реакцией со стороны симпатической нервной системы, и именно эта система поражается от различных причин, а возникающие в ней патологические процессы резко изменяют вегетативные функции организма.

Отсюда большой интерес к изучению физиологии и патологии симпатической нервной системы. Ниже приводим собственные наблюдения по экспериментальной патологии симпатической системы.

Основным физиологическим аппаратом симпатической нервной системы являются ядра серого вещества в боковых столбах спешного мозга и центры головного мозга, пограничный симпатический ствол к его ганглии, расположенные по обеим сторонам позвоночного столба. С каждой стороны позвоночника имеется по 2—3 шейных симпатических узла, 14—16 грудных узлов, 5-6 поясничных, 2—5 сакральных и одни хвостовой узел, расположенный у 2—3-го хвостового позвонка (число узлов варьирует). От каждого вышеуказанного узла отходят к ближайшим спинномозговым корешкам серые соединительные волокна (г. communicates grisei). Кроме них, имеются еще и белые соединительные волокна, которые связывают боковые рога спинного мозга с узлами пограничного симпатического ствола (r. communicates albi). Волокна, идущие от спинного мозга к пограничному симпатическому стволу, Гаскел назвал преганглионарными, а волокна, идущие от ганглия к периферии, — постганглионарными.

Началом симпатической нервной системы нужно считать те клетки, которые лежат в боковых рогах спинного мозга грудного и поясничного отделов. Из центральных невронов, лежащих в боковых рогах спинного мозга, отходят тонкие мякотные преганглионарные волокна, они выходят в составе передних корешков, идут по направлению к ганглиям пограничного симпатического ствола и, сделав здесь перерыв, направляются на периферию к соответствующему рабочему органу. Следует указать, что часть этих волокон не делает перерыва в ганглии, а идет дальше, к так называемым превертебральным узлам, лежащим в брюшной полости (солнечное сплетение, нижнебрыжеечное сплетение), где и прерывается. Другие волокна не прерываются и в превертебральных ганглиях, а идут дальше, непосредственно к рабочему органу.

В связи с этим выделяют три места перерыва симпатических нервных волокон: ганглии пограничного симпатического ствола, ганглии превертебральные и, наконец, сам рабочий орган. Это важно подчеркнуть, так как рефлексы, распространяющиеся по симпатической нервной системе, могут быть различными в зависимости от места перерыва волокон.

Симпатическая иннервация внутренних и всех других органов и аппаратов зависит от рефлекторной деятельности проводящих систем спинного мозга, начинающихся в боковых его рогах грудного и верхнепоясничного отделов.

Высшим вегетативным центром считают серый бугор (область гипоталамуса), раздражение которого сопровождается всеми симпатическими эффектами, отсюда и был сделан вывод, что в нем находится центр симпатической иннервации. От серого бугра идут группы волокон, которые через средний и продолговатый мозг спускаются к спинному мозгу и заканчиваются в клетках его боковых рогов, откуда берут начало белые соединительные ветви.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: