Факультет

Студентам

Посетителям

Картофель: на «севере дальнем», на «солнечном юге»

Советская власть создала все необходимые условия для развития и расцвета наук, для подлинного подъема сельского хозяйства. Большая научная работа развернулась и по картофелю.

Уже в первые годы советской власти под Москвой была создана опытная станция, которую впоследствии реорганизовали в специальный институт картофельного хозяйства.

Па протяжении более полутора столетий культура картофеля развивалась главным образом в центральных районах страны. На Крайнем Севере картофеля не было вовсе. Очень мало сеяли его и на юге. Поэтому еще тридцать с лишним лет назад началась в нашей стране борьба за продвижение картофеля на Крайний Север. Отдельные попытки выращивать картофель в северных районах и особенно, в Сибири делались еще в прошлом столетии. Большую и полезную работу в этой области проделали декабристы, сосланные в Сибирь императором Николаем I после подавления восстания 14 декабря 1825 года. Так, декабрист Ф. П. Шаховской разводил картофель под Туруханском, А. Я. Якубович —под Енисейском, Матвей Муравьев-Апостол — в районе Вилюйска. Но кого интересовали тогда начинания опальных революционеров, этих первых пионеров северного земледелия? Да и помимо этого опыты их производились на крохотных участках и серьезных результатов, разумеется, дать не могли.

После революции была поставлена задача продвинуть картофель в карельскую тундру, туда, где люди никогда не видели овощей. Издавна далекому северу был вынесен суровый и беспощадный приговор. Иностранные ученые, а к ним присоединились и некоторые русские, утверждали, что на Крайнем Севере расти ничего не можете заниматься здесь земледелием бессмысленно и бесполезно. Но ведь Крайний Север — это огромное, необозримое пространство, на котором могли бы поместиться все государства Западной Европы, вместе взятые! Это тундры и болота Карелии, суровая Колыма, далекая Камчатка, — гигантская площадь в десять миллионов квадратных километров! Долго оставалась эта огромная страна недоступной, загадочной, никому не нужной землей. И только советская власть отменила старый несправедливый приговор. Решено было начать широкое наступление на север.

Это наступление было развернуто по всему фронту, Строились дороги, воздвигались жилища, изыскивались и осваивались скрытые Ископаемые богатства, стало развиваться животноводство, земледелие. В огромной армии разведчиков и пионеров севера, выступивших на борьбу с природой, был маленький отряд овощеводов. Состоял этот отряд из нескольких человек, и возглавлял его молодой тогда агроном, ныне президент Академии наук Эстонской ССР — Иоганн Гансович Эйхфельд.

Первый бой дан был отрядом суровой и неприветливой хибинской тундре. Здесь, в краю «непуганных птиц», на берегу озера Имандра, весной 1923 года была основана Заполярная опытная станция.

… Тяжела была борьба с суровой северной природой, с ее жгучими морозами, студеными ветрами. Даже такие безобидные зверьки, как зайцы, и те всячески мешали агрономам. Появятся на грядках первые всходы, а зайцы тут как тут. Приходилось тогда Эйхфельду не только выращивать картофель и капусту, но и с ружьем в руках караулить по ночам молодые всходы. Еще труднее была борьба с суровой и капризной погодой. Случилось раз, а это было летом, в августе, ударил вдруг ночью мороз. Весь участок опытного огорода был покрыт инеем. Вчера еще зеленели сочные кусты картофеля, а сегодня они стояли черные, обожженные морозом. Но вот среди почерневших грядок Эйхфельд заметил несколько зеленых кустов. Что за чудо? Нет, вовсе не чудо. Это оказались потомки более выносливых и устойчивых к холоду сортов картофеля. Они не испугались осеннего заморозка и полностью выжили. Природа как бы сама подсказывала людям: вот они, годные для Крайнего Севера сорта картофеля, отбирайте, закаляйте их! И Эйхфельд продолжал свои опыты. Полярная станция росла и развивалась. Через несколько лет она была реорганизована в Полярное отделение Всесоюзного института растениеводства. На берегу того же величественного озера Имандра возник теперь целый научный городок. Крохотная группка разведчиков-овощеводов выросла в сильный, вооруженный наукой и опытом, отряд. Нередко были неудачи; порой казалось, что труд истрачен понапрасну, но в конце концов в упорной борьбе с природой всё же победил советский человек.

Многочисленные опыты окончились тем, что Эйхфельд вывел специальные, морозоустойчивые сорта картофеля, годные для условий севера. И вот сейчас наш перуанец является уже не случайным гостем, а постоянным обитателем тех мест. И вполне оправданно, что один из наиболее распространенных местных сортов картофеля получил свое имя от названия озера Имандра где были начаты первые опыты Эйхфельда!

Ныне не только в Хибинах, но и за «полюсом холода», где Морозы достигают 50—60 градусов, советские люди разводят свой северный картофель.

Трудно было заставить картофель расти на севере, но не легче было с ним и на юге. На первый взгляд это может показаться странным. Как же так? Благодатный солнечный юг, где много тепла и света, плодородные почвы, где сама природа, казалось, благоприятствует прорастанию любого растения, — и вдруг какие-то трудности с картофелем! И всё-таки картофель на юге болел, клубни его из года в год становились всё мельче и мельче, а урожаи — меньше. Трудились всю весну и лето колхозники; к концу лета придут они на поле, а там выросли клубни величиной чуть ли не с лесной орех! Что же тут убирать? Ученые говорили, что картофель на юге вырождается и, стало быть, разводить его здесь нельзя.

Одна из причин этого явления заключалась в следующем. Как и всюду, картофель сажали на юге весною. В июле, в августе, когда начинается образование клубней, картофелю нужно очень много влаги. Отдельные сорта требуют чуть ли не 400 граммов воды на каждый грамм сухого вещества

клубня. А на юге как раз в эго время сюит жаркая сухая погода, дождей нет, и необходимой влаги растение не получает. Из-за этого происходит слабое клубнеобразование и вырождение картофеля. Суть этого, казалось бы загадочного и странного, явления раскрыл академик Т. Д. Лысенко и подсказал выход из этого неприятного положения. Если в июле и августе картофелю не хватает влаги, то нельзя ли несколько отодвинуть срок образования клубней, с тем, чтобы это время совпало не с жарой, а с периодом дождей? Иными словами, академик Лысенко предложил сажать картофель на юге не весной, а летом, в конце июня и начале июля. Метод летних посадок, разработанный ученым, широко вошел в практику; он дает возможность получать теперь постоянно высокие урожаи на юге Украины, на Северном Кавказе, в Азербайджане и даже в Средней Азии. Но возникла еще одна трудность. Оказалось, что сохранить посадочные клубни до лета — дело нелегкое. Академик Лысенко нашел новое решение: он предложил выращивать на юге не один, а два урожая. Как же так? Раньше и один урожай мало давал, а теперь — сразу два. Дело, однако, объясняется очень просто. Посадят ранней весной на юге картофель — и уже в конце мая можно убирать первый урожай. А затем, в конце июля или к началу августа, свежеубранными клубнями производят вторую, летнюю посадку; и осенью готов второй урожай. При такой системе не приходится долго хранить посадочный материал, а выигрыш в урожае совершенно очевидный. В колхозах Азербайджанской ССР был произведен опыт посадки картофеля свежеубранными клубнями, и он дал хорошие результаты. Успешная работа в. этой области проводится и в Туркменской ССР. Так, например, Туркменская опытная станция получает теперь в год два раза по двести центнеров клубней с каждого гектара поля.

Как видите, и на «севере дальнем», и на «солнечном юге» победу одержал советский человек, победила советская наука.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: