Факультет

Студентам

Посетителям

Ценные посылки

Написал письмо Аггею Федоровичу, просил прислать саженцев, хотя бы однолеток.

В начале ноября получил от него маленькую, похожую на балалайку, посылочку.

Не без волнения стал ее распаковывать. Как-то сохранились в ней малолетки? Ведь они пробыли в пути целых девять дней.

Вскрыл посылочку. Обернутые в холст и бумагу, лежали в ней семь маленьких однолетних яблонек. Корни были тщательно обложены мхом, который даже не успел просохнуть.

Видно было, что растения упакованы любящей опытной рукой.

«Я сам выкапывал и сам упаковывал растения, — писал мне Перевощиков. — Старался как можно меньше повредить корни. Послал я вам те сорта, которые вполне выносливы. Кизерская красавица, вероятно, уже через год или два даст вам первые плоды. Только дундик — сорт ненадежный. Но вы его сами просили.

Смотрите, не разочаровывайтесь в плодоводстве. Если умело посадите, то вперед могу сказать, что эти деревца будут служить основанием для вашего помологического сада».

Сад, в котором разводятся и изучаются различные сорта плодовых деревьев.

Меня немного обидели слова Перевощикова: «если умело посадите». Неужели я после десяти лет работы в саду еще не научился садить правильно?

И только спустя еще десять лет я понял, что Перевощиков был прав.

Однажды весной я посадил в один и тот же день две яблоньки: антоновку и ренет Крюднера. Посадку сделал не так, как нужно: слишком высоко.

Особенно высоко был посажен ренет Крюднера. Корни его лежали поверх земли, и от этого вокруг всей корневой шейки густо разрослись отпрыски — «волчки». Эти маленькие зеленые отростки истощали дерево, отнимали от него питательные соки.

Рос ренет слабым, хилым и, как только ударили морозы, обмерз.

Много лет он не давал плодов и только на семнадцатом году дал первое яблоко. Всего я снял с ренета восемь яблок.

С антоновки же, у которой корни лежали в земле, собрал за то же время шестьсот одиннадцать яблок.

Тут только я убедился как важно правильно посадить дерево. Ведь яблоня живет зачастую до ста лет. А садят ее один раз.

Можно, конечно, исправить свои ошибки пересадкой дерева. Но это опасно. Я два раза производил пересадку дерева, и в обоих случаях яблони не выдерживали переселения с одного места на другое и погибали.

Теперь я уже произвожу посадку очень осторожно. Строго соблюдаю все, что сказано об этом в специальных руководствах.

Главное: умело разместить в земле корни. От них зависит жизнь дерева, они добывают из земли воду и питательные вещества.

Прежде всего я расправляю корни во все стороны, стараясь не перепутать, не повредить, особенно мелкие тонкие корешки, слежу за тем, чтобы они не загибались кверху или к стволу, чтобы между ними не оставалось пустот и сглаживаю ранения на корнях, если случайно обрезал лопатой.

Итак, получив от Перевощикова саженцы, я сейчас же часть прикопал в землю в лежачем положении, а часть посадил на постоянное место.

На зиму две высаженные яблоньки обвязал пихтовыми лапками, а сверху тряпками. Другие остались спать под снегом.

В саду уже было теперь опять пятнадцать яблонек.

Выписал еще десяток трехлетних саженцев из Ленинграда.

Через неделю приехали мои ленинградские путешественники. Но в каком виде! Стволы кривые, крона выведена неправильно, мочковатых корней мало, а у некоторых совсем нет.

Не деревья, а уроды. По всему было заметно, что росли они в саду беспризорниками, выкопаны и упакованы небрежно, корни даже мхом не обложены. Хорошо, что ехали растения осенью и в пути недолго находились, потому корни и не пересохли.

Подосадовал я, но не выбросил деревья — пожалел и прикопал их в лежачем положении в землю.

Весной Рудый прислал мне своих саженцев. Местный политехнический институт дал шесть корней облепихи, сливу уссурийскую и барбарис пурпуролистный.

Облепиха — морозоустойчивый кустарник с ароматными кисловатыми ягодами.

Олива уссурийская — сорт сливы, дикорастущий в Уссурийском крае. Некоторые сорта выдерживают пятидесятиградусные морозы.

Барбарис — морозоустойчивый кустарник. Приносит мелкие плоды, употребляемые на варенье.

В саду стало веселей. Но все это было не то. Не было у меня полного удовлетворения.

Знал я, что в Козлове, Тамбовской губернии, живет знаменитый садовод Иван Владимирович Мичурин.

Его питомник тогда уже был объявлен государственным, и на московской сельскохозяйственной выставке видел я его замечательные плоды.

Летом 1926 года написал я большое письмо Ивану Владимировичу, рассказал всю историю жизни моего сада и просил прислать саженцев лучших сортов.

Осенью получил из Козлова знаменитые мичуринские сорта яблонь, груш, вишен, виноград, актинидию и ежевику.

Вот было у меня ликование! Наконец-то, я имею знаменитые мичуринские сорта, да какие: даже актинидия и виноград!

Получил я эти растения в конце октября. Упакованы они были тщательно и аккуратно, выращены по всем правилам плодоводства: имели хорошие корни и правильно выведенные кроны. В дороге пробыли недолго и оказались в хорошем состоянии.

Садить их на постоянное место я не стал, а сейчас же прикопал в полулежачем положении в землю и сверху прикрыл соломой.

Весело было высаживать их весной на постоянное место.

Но признаться, боялся я за них. Они ведь выросли совсем в другом климате. И хотя у себя на родине они хорошо выносили морозы, но у нас, на Урале, мороз может не пощадить их.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: