Факультет

Студентам

Посетителям

Юбилей И.В. Мичурина 1934 г.

20 сентября 1934 г. праздновался 60-летний юбилей научной деятельности и 80-летие со дня рождения И. В. Мичурина. Перед юбилеем (18 сентября) в газете «Правда» было напечатано письмо И. В. Мичурина, в котором он как бы подводил итоги своей жизни. В этом письме Мичурин писал:

«Советская власть превратила маленькое, начатое мною 60 лет тому назад на жалком приусадебном участке земли, дело выведения новых сортов плодово-ягодных растений и создания новых растительных организмов в огромный всесоюзный центр промышленного плодоводства и научного растениеводства с тысячами гектаров садов, великолепными лабораториями, кабинетами, с десятками высококвалифицированных научных работников.

«Советская власть и партия превратили также меня из одиночки-опытника, не признанного и осмеянного официальной наукой и чиновниками царского Департамента земледелия, в руководителя и организатора опытов с сотнями тысяч растений.

«Коммунистическая партия и рабочий класс дали мне все необходимое, все, что может желать экспериментатор для своей работы. Сбывается мечта моей жизни: выведенные мною новые ценные сорта плодовых растений двинулись с опытных участков не к отдельным кулакам-богатеям, а на массивы совхозных и колхозных садов, заменяя низкоурожайные, плохие старые сорта. Советское правительство наградило меня высшей для гражданина нашей земли наградой, переименовав город Козлов в город Мичуринск, дало мне орден Ленина, богато издало мои труды».

В Мичуринске деятельно готовились к проведению этого знаменательного юбилея. И. В. сообщал об этом некоторым из своих друзей и лиц, которых он хотел видеть у себя в этот день. Так, еще 14 сентября он обратился к вице-президенту Академии наук СССР, главе советской школы флористов-систематиков, крупнейшему исследователю флоры Дальнего Востока (области, давшей много ценных объектов для работы И. В.), с телеграммой следующего содержания:

«Ленинград, Ботанический сад, академику Комарову. Двадцатого сентября Мичуринске состоится юбилей шестидесятилетия моих работ. Буду счастлив Вашим участием юбилее.

Мичурин».

Юбилей Ивана Владимировича превратился в подлинное народное торжество советской страны. Юбиляра приветствовали ЦК ВКП(б), президиум ЦИК СССР, Президиум ВЦИК, Совет Народных Комиссаров СССР, Совет Народных Комиссаров РСФСР, Народный Комиссариат земледелия, Академия наук СССР и Всесоюзная Академия сельскохозяйственных наук имени В. И. Ленина, Краматорский машиностроительный завод Донбасса, многочисленные представители государственных, партийных, общественных и научных организаций. Со всех концов Советского Союза прибыли делегации колхозников-опытников, рабочих и интеллигенции, приехал ряд гостей и из-за границы, оттуда же были получены приветственные письма и телеграммы.

В день юбилея Президиум ВЦИК присвоил И. В. Мичурину звание заслуженного деятеля науки и техники и обратился к нему со следующим письмом.

«Дорогой Иван Владимирович,

Президиум Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета поздравляет Вас с 60-летней годовщиной Вашей высокопродуктивной практической и научной деятельности. Вы начали свою работу в области плодоводства в тяжелые годы царизма и вели ее в полном одиночестве, сопряженном с огромными лишениями. Тем не менее благодаря упорству и редкой самоотверженности Вы довели свое дело до пролетарской революции, открывшей широкие возможности для осуществления всех Ваших начинаний.

Ваша идея продвижения плодоводства далеко на север и восток и замены малоценных сортов лучшими сортами нашла широкое применение в практических мероприятиях советского правительства. Ваши идеи и методы, воспринятые земельными органами СССР и подхваченные широкими массами рабочих и колхозников, дали новый стимул научно-исследовательской работе по плодоводству. Президиум ВЦИК, присваивая Вам звание «заслуженного деятеля науки и техники», шлет Вам свой привет и выражает твердую надежду, что Вы своей дальнейшей творческой работой еще в большей степени закрепите и расширите дело социалистического плодоводства».

Приветственные письма и телеграммы были получены И. В. и от ряда выдающихся деятелей коммунистической партии и советского государства.

Большое и прочувствованное приветствие было получено И. В. от колхозного крестьянства Воронежской области в лице 160 передовых ее колхозов. В этом приветствии колхозники писали, что для них мичуринские сорта сельскохозяйственных растений так же необходимы, как тракторы, комбайны, электричество; одновременно они сообщали И. В. о закладке ими в честь его юбилея крупных садовых массивов из мичуринских сортов.

За рубежом юбилей И. В. Мичурина нашел горячий отклик среди прогрессивных ученых различных стран, приславших юбиляру теплые приветствия.

19 сентября на юбилейные торжества в Мичуринск прибыл старейший селекционер США, профессор плодоводства Южнодакотского университета Нильс Гансен. Посетив Сибирь и Забайкалье и ознакомившись с работой и достижениями советских опытных станций по плодоводству, Гансен заявил: «Изучая советское плодоводство, я рад видеть, что СССР превратил мелкие плодовые хозяйства в крупное промышленное плодоводство на базе совхозов и колхозов. Но особенный сдвиг я вижу в науке. Достижения советских ученых столь значительны, а в научно-исследовательскую работу втянуты такие широкие массы и так много молодых специалистов, что у Советского Союза имеются наибольшие возможности сделать лучшее в мире яблоко. Я очень рад участвовать в юбилее Мичурина, имя которого как великого изобретателя, так же как и его работы, широко известно в моей стране и пользуется большой популярностью. Новые сорта Мичурина создают эпоху в плодоводстве» (Известия, 20 сентября 1934 г.).

В письме к Ивану Владимировичу Гансен писал:

«Шестидесятилетний юбилей Вашей деятельности, Иван Владимирович, является триумфом, который ведет Вас по блестящему пути. На базе Ваших достижений Советский Союз сможет освоить совершенно новую промышленность — северное плодоводство, которое будет большим вкладом в дело миллионов трудящихся».

Гансен пробыл в Мичуринске более 10 дней. Возвратившись в США, он и там открыто сказал о величайших достижениях И. В. и об условиях его работы до революции и при советской власти.

В Австрии большую приветственную статью на юбилей И. В. написал его ревностный последователь проф. Цвейгельт (Obst, № 9—12, 1934). В этой статье Цвейгельт дает высокую оценку личности И. В. как ученого и излагает методы получения ряда знаменитых мичуринских сортов и т. д. Цвейгельт закончил свой обзор следующими словами: «Перед нами дело великого мастера плодоводства, который шел своей дорогой, не заблуждаясь в сетях догмы, дело крупного государственного и хозяйственного деятеля, так как осуществление плана плодоводства в России на базе результатов всей жизни Мичурина является лишь вопросом времени».

Чехословацкий садовод Ян Бем вывел новый сорт розы с огненно-красными цветками, который он назвал именем Мичурина.

Гансен, выступая на праздновании юбилея, сказал: «Я семь раз уже был в России. После каждого моего посещения меня снова и снова тянет в вашу страну. Я ознакомился всесторонне с работами И. В. Мичурина и вижу…, что ни один селекционер в мире во все времена не может похвастаться столькими сортами, сколько может предъявить И. В. Я обращаюсь к находящимся в зале пионерам и говорю им — идите впереди нас, старых ученых, мы сделали много, но вы можете сделать в десять раз больше. И только в такой стране, как Ваша, могут рождаться исключительные таланты».

По возвращении в Америку Гансен писал оттуда: «Мичурина можно считать великим творцом, художником, истинным философом и изобретателем в области растениеводства. Его работы будут жить в течение многих столетий, расцветут еще и принесут еще большую пользу. Такие люди, как И. В. Мичурин, идут по новым путям к смелым выводам, построенным на новых материалах и независимых обобщениях. Шестидесятилетний юбилей деятельности Мичурина, отпразднованный в сентябре 1934 г., был чудесным фактом, самым удивительным событием, свидетелем которого мне посчастливилось быть. Советский Союз проявляет величайшую мудрость в своей политике поощрения творческого экспериментаторства, как это имело место в отношении Мичурина. Это хорошо и заслуживает высочайшей оценки как дело мудрой политики, тем более что в творческих исканиях заложено благосостояние не только Советского Союза, но и других стран мира».

Много пережил И. В. в эти дни и много перечувствовал. Вспоминая свое прошлое, он говорил:

«Я начинал свои работы в 1875 г., еще во времена остатков крепостничества, на заре русского капитализма, когда еще не было не только такой науки, как генетика (она и сейчас только слагается), которая должна быть органически связана с селекцией, когда не было вообще научного плодоводства (кафедра по плодоводству учреждена впервые в 1915 г.), когда вся русская наука была облачена в александровский мундир. Короче говоря, я не имел прецедента для научной постановки выведения новых сортов плодово-ягодных растений… Печальная картина былого русского садоводства вызывала во мне острое до боли желание переделать все это, по-иному воздействовать на природу растений, и это желание вылилось в мой особый, ставший теперь общеизвестным принцип: «Мы не можем ждать милостей от природы; взять их у нее — наша задача»… Много лет потребовалось мне для этого — и каких лет. Вся дорога моя до революции была выстлана осмеянием, пренебрежением, забвением…

«Я пережил двух царей и семнадцатый год работаю в условиях социалистического строя. Я перешел из одного мира в другой, являющийся диаметрально противоположным прежнему. Эти два мира разделяет пропасть.

Фактически И. В. пережил трех царей: Александра II (царствовавшего с 1855 по 1881 г.), Александра III (1881—1894) и Николая II (1894—1917).

«Октябрьскую революцию я встретил как должное, исторически необходимое по своей справедливости и неизбежности, и немедленно обратился ко всем честным специалистам сельского хозяйства с призывом перейти на сторону советской власти и безоговорочно идти по пути рабочего класса и его партии.

«Социалистическое строительство, ведущееся под руководством большевистской партии, дало нам возможность увидеть великие, чудесные дела и в городе и в селе, в заводских и академических лабораториях, в недрах земли и высоко в воздухе. Лично мне кажется, что теперь я на 80-м году своего жизненного пути вдруг встретил приятного, но незнакомого мне ранее человека. Все так чудесно изменилось. Я счастлив тем вниманием и заботой партии и правительства, которые я встречаю на каждом шагу… Но самое главное состоит в том, что теперь сбылась моя мечта — обращено внимание на необходимость улучшения растения. Иных желаний, как продолжать вместе с тысячами энтузиастов дело обновления земли, к чему звал нас великий Ленин, у меня нет».

На самом торжественном юбилейном заседании И. В. в ответ на многочисленные приветствия, устные и письменные, сказал:

«Товарищи, прежде всего я должен поблагодарить вас за ваши приветствия.

«Затем я желаю объяснить вам сущность торжества этого юбилея. Ведь моя шестидесятилетняя работа здесь не играет такой роли и не заслуживает такого очень пышного празднования. Вся суть в том, что этой пышностью празднования наше правительство показывает всю важность садового дела с тем, чтобы все совхозы и колхозы обратили особое внимание на это дело, чтобы повысить продуктивность своих садов и вступить в более зажиточную жизнь. С этой точки зрения вы и смотрите на это торжество.

«Очень хотелось бы мне, чтобы в каждом колхозе и совхозе каждый колхозник имел одно дерево, выращенное своим трудом. Уже есть примеры, и, как вы видели, рабочие мичуринского паровозоремонтного завода развели у себя такие сорта моих деревьев, которые дают прекрасные плоды.

«Я хочу еще сказать, что только при советском правительстве я получил возможность развить это дело. До этого времени я не в состоянии был так широко поставить дело и так четко и ясно выразить его, а теперь советское правительство дало мне все средства для этого».

В высшей степени интересными являются воспоминания Елены Кононенко (1935) о ее встречах с И. В. Мичуриным. В этих воспоминаниях весьма образно подчеркивается целый ряд характерных для И. В. черт, не отраженных другими его биографами. Ввиду этого я позволю себе привести отрывок из этих воспоминаний.

«Помню, — пишет Елена Кононенко, — в глубине сада кружилась молодая яблоневая мятель. Аромат расцветающих абрикосов дурманил голову. На листьях деревьев, озаренных солнцем, дрожали дождевые капли — такие чистые и прохладные, что хотелось нагнуть ветку и опрокинуть в рот живительную влагу.

«Это было четыре года назад, но это было точно вчера. Мичурин шел по саду с палкой, и за ним бежали две собачонки. Я уже много слышала о великом и своеобразном старике, я слышала также, что он не любит журналистов, которые приезжают к нему со всех концов планеты, и часто отказывается с ними говорить. В большом смущении я окликнула его.

«Старик сердито оглянулся и закричал:

«— Это еще зачем? Зачем приехала? Журналистка? Любите вы шуточки выкидывать: «Волшебный сад!.. Чудесный сад!»… ти-ти-ти… те-те-те. Чудеса в решете! Чудо какое откопали!

«— И, конечно, великолепно знаете, что такое гибридизация!?— жестко ухмыльнулся Мичурин.

«— Иван Владимирович! Ничего я не понимаю в гибридизации, — призналась я, — приехала посмотреть, как у вас цветет миндаль, и с вами познакомиться…

«И вдруг старик весело засмеялся, а у меня отлегло от сердца.

«— Поди-ка сюда, поди-ка сюда, — позвал он одного из своих помощников, — гляди-ка — не понимает ничего, приехала смотреть, как миндаль цветет. Покажи ей миндаль. Сейчас же покажи миндаль. Сейчас же покажи.

«— А можно потом к вам зайти?

«— Заходи в беседку потом, раз ничего не понимаешь. Заходи — объясню… — снова засмеялся Мичурин.

«…И вот мы долго сидим с Иваном Владимировичем в старой беседке, и он объясняет. Объясняет удивительно просто и терпеливо. И мне ясно: вот человек, который допрашивает сады, леса, поля, ревниво подглядывает за ними, изучает процессы, которые происходят в огромной лаборатории природы. Вот — человек, который отвоевывает у природы ее тайны, заставляя ее, природу, работать на человека.

«Старик повернул голову в ту сторону сада, откуда прозвенел молодой дерзкий голос, погрозил пальцем и сердито закричал на весь питомник:

« — Вникайте! Вникайте!

«И, оставив нас, пошел один по дорожке в глубь сада, постукивая палкой по земле. Помню это, как сейчас: маленький, сухонький человек в серой тужурке бредет по длинной яблоневой аллее, улетающей белыми цветами в небо. Пронеслась мысль: деревья такие могучие, полны силами жизни, все кругом наливается весенними соками, а человек, пославший к дьяволу древние ботанические догмы и создавший все это, стар и слаб. И мне показалась его фигура среди пышных яблонь одинокой. Каюсь, я подумала: наверное сейчас старику немного грустно и завидно, что кругом все такое молодое…

«А Мичурину совсем не было грустно. Он останавливался то у одного, то у другого дерева, внимательно рассматривал кору, листья, цветки, иногда что-то записывал, иногда одобрительно или недовольно качал головой. Он работал. Он словно не замечал красоты и не слышал запахов весеннего цветения. Это был совсем не старик.

«Помню, Иван Владимирович, показав свою знаменитую грушу Вере зимняя, которая дает крупные золотистые плоды (он ее получил от скрещивания дикой, почти несъедобной уссурийской груши с французским сортом Вере рояль), сказал:

«— Француженка хорошо, да неженка! Нам не это нужно. Нужна такая груша, чтоб ее можно было по всей стране возить да кормить ею тысячи людей.

«Один из ближайших помощников Ивана Владимировича сказал мне:

«— Мичурин создает только то, что приносит пользу человеку. Если бы он захотел, он мог бы вывести такие диковинные цветы, от которых закружилась бы голова у самых избалованных красавиц мира. Он — большой знаток и любитель красоты. У него, скажу вам по секрету, есть слабость — фиалковая лилия. Он влюблен в свою лилию. Этот цветок единственный в мире. Голландцы предлагали Ивану Владимировичу 20 000 рублей за одну только луковицу редкого цветка, но с тем, чтобы он больше ее никому не давал. Он отказал.

«… В сентябре прошлого года я снова встретилась с Мичуриным. Теперь деревья гнулись под тяжестью созревших плодов. С глухим сладостным стоном падало на землю яблоко. Закипало вино в янтарных гроздьях винограда. Ученые, садоводы, писатели, художники съехались в город Мичуринск на юбилей Ивана Владимировича. Это был удивительный день. На зеленых улицах городка гремела музыка. Молодежь шла с цветами и ветвями румяных плодов. Старики-опытники несли виноградные лозы и бюст юбиляра на большой горке из ярких фруктов. Дети бежали с рябиновыми ветвями, рабочие несли портреты ученого, убранные цветами и плодами. Вечером было назначено чествование великого старика, и город, замирая, ждал: приедет Иван Владимирович или нет? Разрешат ему врачи или нет? (Иван Владимирович уже несколько лет не выезжал из своего сада).

«А старик Мичурин требовал, чтобы профессора его «пустили» сегодня, хотя на полчаса, в город.

«… Я была утром в саду. Сад звенел плодами и листьями. Иван Владимирович, веселый, молодой, в старинном праздничном сюртуке, выглядывал из окна домика на двор, где стучали молотками плотники, спешно доканчивающие постройку гаража (правительство прислало в подарок чудесное авто).

«Мы, несколько человек, сидели в комнате Ивана Владимировича, в маленькой комнате, наполненной книгами, слепками с плодов, заваленной подарками и письмами, прилетевшими со всех концов страны.

«Мичурин усмехался и твердил:

«— Дело не во мне, а в развитии садоводства, вот что надо двигать.

«Он много говорил в это утро, у него было прекрасное настроение. Он рассказал нам, что работает над тем, чтобы путем тройной гибридизации получить яблоко, настолько насыщенное витаминами, что это яблоко уже будет не просто вкусный и полезный плод, а целительный материал, вливающий в человека силы жизни.

«… И вот наступил вечер. Сцена мичуринского театра сверкала цветами, плодами, знаменами. Стучали сотни человеческих сердец: приедет или не приедет?

«Уже заняли свои места члены правительственной комиссии, уже председатель Облисполкома объявил собрание в честь гениального селекционера открытым.

«И вдруг он приехал. Прикатил на своем новом автомобиле. Не забыть этой минуты. Старик вошел прямо с улицы. Зал встал, зал рукоплескал, кричал «Ура!». А меж рядов тихо, тихо шел старик в черном длинном сюртуке, в блестящих ботинках. У него дрожали руки. Он был бледен.

«Он поднялся на трибуну, к нему заботливо подвинули глубокое, мягкое кресло, а он продолжал стоять, растерянно глядя в бушующий зал. Казалось, он был ослеплен, ошеломлен этой встречей со своим городом, со своей страной. Потом он опустился в кресло и на секунду прикрыл ладонью глаза. Ладонь дрожала.

«И я помню, как он начал свое слово (в зале стало так тихо, словно под водой):

«— … Моя жизнь не заслуживает этой пышности.

«… Когда он покинул собрание, я выбежала на улицу. Тысячные толпы окружили автомобиль. Иван Владимирович сел в машину. Дети протягивали к нему руки с ветвями, на которых качались яблоки, кричали: «Ура!», «До свиданья, дедушка Мичурин!», «До свиданья!

«Старик махал шляпой, улыбался, глаза его были полны слез.

«Иван Владимирович не успел вырастить это сказочное яблоко, удлиняющее жизнь человека. Его вырастит молодежь нашей страны. Мы назовем его «Мичуринка-бессмертная». Нам очень нужно такое яблоко. Чорт возьми, как нам нужно такое яблоко!».

Период, последовавший за юбилеем 1934 г., был уже для И. В. временем широкой известности как крупнейшего биолога, экспериментатора, селекционера и общественника. Было опубликовано новое издание его трудов под названием «Итоги шестидесятилетних работ». 2 декабря 1934 г. Президиум Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. В. И. Ленина постановил присвоить И. В. ученую степень доктора биологических и сельскохозяйственных наук. Все чаще и чаще за границей начинают появляться корреспонденции и статьи о работе И. В. с изложением его методов, описанием полученных им сортов и т. д. Почти полный перевод теоретической части «Итогов шестидесятилетних работ» И. В. был напечатан в итальянском полеводческом журнале. В 1934 г. вышел в свет № 2 «Трудов по прикладной ботанике, генетике и селекции», посвященный И. В. Мичурину. Здесь в передовой статье (озаглавленной «Праздник советского садоводства») акад. Н. И. Вавилов писал: «Героика наших дней выдвигает новых людей. Им принадлежит великое настоящее и будущее, перед ними открыт беспредельный простор увлекательной многообразной деятельности, направленной на создание высокой социалистической культуры. Среди этого актива, поднятого из недр огромной страны, особенно дороги те немногие единицы, которые еще во мраке прошлого начали большое близкое для нас дело. Невзирая ни на какие трудности прошлого, они донесли свой труд до наших дней и ныне активно участвуют в стройке новой жизни. Их подвиги особенно рельефны на фоне прошлого. Среди этих людей выделяется крупная фигура замечательного оригинатора, творца новых растительных форм Ивана Владимировича Мичурина».

В чем подвиг И. В. Мичурина? — задает вопрос Н. И. Вавилов. Отвечая на этот вопрос, Н. И. обращает внимание на то, что 60 лет тому назад, когда сельскохозяйственная наука была «в эмбриональном состоянии» в нашей стране, когда еще не было ни одной опытной станции, 20-летний юноша Мичурин начал работу по преобразованию нашего плодоводства — наиболее отсталой отрасли сельского хозяйства старой России. Многолетняя самоотверженная работа ученого увенчалась великими успехами.

«Работа Мичурина, — писал Вавилов, — известна ныне не только всему Советскому Союзу, ее хорошо знают плодоводы Америки и западной Европы. С восхищением нам показывали в 1930 г. в Северной Калифорнии превосходный мичуринский сорт сливы, буквально осыпанный плодами, его вывез из Козлова американский интродуктор Франк Мейер».

Большой заслугой И. В. Мичурина Н. И. Вавилов (1934) считал то, что Мичурин, в отличие от большинства селекционеров того времени, документировал свои работы множеством опубликованных материалов, сотнями статей. «Монументальные труды, — писал Н. И., — «Итоги 60-летних работ» или «Выведение новых улучшенных сортов плодовых и ягодных растений» — представляют замечательные книги не только в советском, но и в мировом плодоводстве».

За границей наиболее широкое признание учение И. В. Мичурина нашло в Чехословакии. Здесь в «Вестнике Чехословацкой земледельческой академии» ученым В. Бухта был помещен большой обзор методов работ И. В. и результатов, достигнутых им в плодоводстве. Там же К. Неорал напечатал монографию аналогичного содержания под названием «Результаты работ всей жизни Ивана Владимировича Мичурина».

Популярность И. В. в Чехословакии настолько возросла к этому времени, что он был избран почетным членом Чехословацкой земледельческой академии и ему был выдан диплом, гласящий:

«Чехословацкая Академия наук земледелия в Праге на своем годовом общем собрании постановила, чтобы господин профессор И. В. Мичурин в городе Мичуринске был именован почетным членом Академии за свои замечательные заслуги в земледелии и науке.

В Праге 3 марта 1935 г.».

Диплом скреплен подписями президента и генерального секретаря Академии. Этот документ с чехословацким и приведенным выше русским текстом хранится в Доме-музее И. В. Мичурина.

По имеющимся данным, в 1934 г., после юбилея и. В., статьи о нем появились и в Японии (в одной из токийских газет) и Китае (в шанхайском журнале «Мировая культура»). Письма же с поздравлениями и просьбами о присылке трудов И. В. или семенного и посадочного материала его сортов были получены из 25 стран.

Наступил 1935 г. Несмотря на все усиливающееся недомогание, И. В. не перестает руководить работой своих сотрудников и живо откликается на все события в общественно-политической жизни нашей страны.

В январе 1935 г. он обращается с письмом к комсомольским организациям Закавказья. Он призывает их к созданию «лучшего в мире советского субтропического хозяйства» путем привлечения в Закавказье мирового разнообразия исходных форм субтропических культур (лимонов, апельсинов, мандаринов, чая, хурмы и др.) с последующей селекционной работой над ними и продвижением их на север. Вместе с тем И. В. указывает, что нельзя ограничиваться развитием даже на крайнем юге только субтропических культур, но необходимо развивать южное плодово-ягодное хозяйство вообще (включая и яблоню, грушу, абрикос, персик, айву, вишню, сливу и др.) с подбором соответствующего ассортимента.

И. В. призывает готовить кадры для субтропического плодоводства, выступает со статьями в журнале «Советские субтропики».

В конце февраля 1935 г. к И. В. прибыла группа колхозников Московской области. И. В. долго беседовал с ними, расспрашивал о Москве (в особенности о метро) и сожалел, что не может поехать в Москву. Он дал указания делегатам о развитии садоводства в Московской области и показал им приемы производства прививки прививочным ножом собственной конструкции. Тогда же И. В. обращается к колхозникам и колхозницам Московской и Ленинградской областей с призывом сделать эти области передовыми областями культурного садоводства, несмотря на их северное положение и суровый климат. «Ленинградская область, при всех ее климатических невзгодах, может оказаться в течение нескольких ближайших лет покрытый цветущими садами … колхозный строй позволяет быстро решать задачи плодоводства».

Здесь же И. В. ставит перед колхозами конкретные задачи по развитию садоводства: выдвижение колхозных садоводов-любителей, преданных делу, организация образцовых плодово-ягодных питомников, учет лучших местных и новых сортов, заготовка посадочного материала, приведение в порядок старых садов с перепрививкой плохих сортов лучшими культурными, с подготовкой на садовых курсах мастеров прививки и т. д.

За четыре месяца до смерти, 7 февраля 1935 г., И. В. приветствовал Второй всесоюзный съезд колхозников-ударников: «В лице колхозников история земледелия всех времен и народов имеет совершенно новую фигуру земледельца, вступившего в борьбу со стихиями с чудесным техническим вооружением, воздействующего на природу со взглядом преобразователя. Этот совершенно новый тип земледельца рожден марксизмом, воспитан и поставлен на ноги большевизмом Ленина. Считая своим долгом приветствовать съезд колхозников-ударников, я выражаю свое приветствие тем, что, по-моему, каждый колхозник должен быть опытником, а опытник уже есть преобразователь… Жизнь стала другой — полной смысла существования, интересной, радостной».

Какой огромный контраст представляло все это по сравнению с жизнью в условиях старой России, которую хорошо помнил И. В., и он, вспоминая это, указывал: «В жизни нужно получить много горечи, перенести много нужды, пережить тысячи притеснений, ни разу не увидеть применения результатов своего труда, для того чтобы возненавидеть все прошлое и всей душой привязаться к новому и оценить все то великое, что совершается теперь… Я вижу, что колхозный строй, через посредство которого коммунистическая партия начинает вести великое дело обновления земли, приведет трудящееся человечество к действительному могуществу над силами природы. Великое будущее всего нашего естествознания — в колхозах и совхозах».

В начале марта 1935 г., когда в Мичуринске состоялось Второе всероссийское совещание по плодоводству, И. В., уже не имея возможности бывать на совещании, принимает у себя делегации Крыма, Дагестана, Белоруссии, Башкирии и др., разъясняет делегатам свои методы, указывает пути к дальнейшему развитию плодоводства, тут же давая ценные советы по агротехнике, уходу за растениями и т. д.

В этот период И. В. получил новые подтверждения выдающегося значения его работ.

Коллектив сотрудников Центральной генетической лаборатории им. И. В. Мичурина незадолго до майского общего собрания Академии в 1935 г. обратился с представлением об избрании И. В. почетным членом Академии наук СССР.

«В Президиум Академии наук СССР

Исполнившийся недавно юбилей 60-летней деятельности заслуженного деятеля науки И. В. Мичурина лишний раз подтвердил наличие огромных теоретических и практических достижений его в области селекции плодово-ягодных и других сельскохозяйственных растений. К этим достижениям относятся: 1) совершенно новая методика Мичурина в области селекции, подтверждаемая наличием массы ценных в хозяйственном отношении сортов плодово-ягодных растений, способствующая широкому хозяйственному использованию дикорастущих восточноазиатских форм плодово-ягодных растений, 2) определенные успехи в области междувидовой и междуродовой гибридизации, вносящие революцию в область всех сельскохозяйственных растений, позволяющие осеверение земледелия вообще и плодоводства в частности, продвижение Мичуриным в северо-восточные районы страны ряда южных культур, 3) массовое селекционное и растениеводческое движение в стране, возникшее на основе достижений Мичурина и вызвавшее создание в г. Мичуринске союзного центра научно-промышленного плодоводства, состоящего из а) центральной генетической лаборатории, б) научно-исследовательского института, в) института селекции (учебный институт), г) техникума плодово-ягодных культур, д) рабфака, е) детской сельскохозяйственной станции, ж) совхоза-сада имени Мичурина на площади 7000 га, з) сотни кружков по всей стране, объединяющих огромное количество рабочих, колхозников, учащихся средних и высших учебных заведений, всякого рода специалистов сельского хозяйства и ученых, как наличие особой мичуринской растениеводческой школы».

Представление подписали Горшков, Яковлев, Бахарев и другие сотрудники Центральной Генетической лаборатории им. И. В. Мичурина.

На Общем собрании группа академиков сделала следующее заявление.

«Общему собранию АН СССР

Нижеподписавшиеся предлагают избрать почетным членом АН выдающегося селекционера-оригинатора Ивана Владимировича Мичурина, 60-летний юбилей которого в прошлом году справляла вся страна. Имя Ивана Владимировича Мичурина связано с великими дерзаниями в области биологии. В результате упорного многолетнего труда И. В. Мичурин добился замечательных результатов в растениеводстве. Его труд «Итоги шестидесятилетней работы в области создания новых форм» является бесспорно выдающейся книгой не только в советской, но и мировой литературе по селекции растений. Он первый выдвинул идею широкой мобилизации видов со всего земного шара в целях гибридизации и первый широко поставил в СССР опыты по отдаленной гибридизации в плодоводстве, добившись исключительных практических результатов, имеющих в то же время огромное теоретическое значение. Им создана целая школа селекционеров. Во всем мире имя Ивана Владимировича Мичурина среди селекционеров пользуется широкой и заслуженной известностью, а среди трудящихся СССР И. В. Мичурин пользуется совершенно исключительным уважением и любовью; работы его имеют огромное значение для социалистического земледелия.

«Мы считаем его вполне заслужившим звания почетного члена АН СССР».

Это представление было подписано двенадцатью академиками во главе со столь широко известными советскими биологами, как Н. И. Вавилов, В. Л. Комаров, Б. А. Келлер, А. А. Рихтер, С. А. Зернов и др.

1 июня 1935 г. было произведено баллотирование И. В. Мичурина в почетные члены Академии. Он получил 49 положительных голосов при 4 отрицательных, и, таким образом, избрание его состоялось.

Немедленно же академик В. П. Волгин как непременный секретарь АН СССР отправил И. В. Мичурину телеграмму следующего содержания:

«Общее собрание Академии наук от первого июня приветствует Ваше избрание в почетные члены Академии наук, желает долгой и плодотворной работы.

Волгин».

Он же 2 июня направляет И. В. Мичурину письмо:

«Академия наук Союза ССР, желая выразить свое глубокое уважение к ученым заслугам Вашим, избрала Вас в общем собрании Академии наук 1 июня сего года в почетные члены. Считая для себя приятным долгом уведомить Вас об этом, сообщаю, что диплом на означенное звание по изготовлении будет Вам доставлен.

Уважающий Вас Волгин».

4 июня 1935 г. по представлению народного комиссара земледелия Союза ССР и народного комиссара зерновых и животноводческих совхозов Совет Народных Комиссаров СССР утвердил И. В. Мичурина действительным членом Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. В. И. Ленина.

Таким образом, Ивану Владимировичу было присвоено высшее ученое звание как в области биологических, так и в области сельскохозяйственных наук.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: