Факультет

Студентам

Посетителям

Мичурин и сибиряки

В эти торжественные юбилейные дни на заседаниях и собраниях, посвященных памяти И. В. Мичурина, научные работники и специалисты сельского хозяйства, колхозники и жители городов Сибири с особо глубоким чувством говорят о той поистине огромной роли, которая принадлежит Мичурину в деле зарождения и развития сибирского садоводства.

Мичурин был с сибиряками, начиная с тех далеких времен, когда первые сибирские садоводы делали первые робкие и неверные шаги на трудном пути создания садов в предельно суровых для плодовых деревьев природных условиях. Это было тогда, когда 28-летний Мичурин, ясный ум и умелые руки которого не смогли спутать греллевские теории акклиматизации, указывает сибирякам единственно правильное направление — выведение зимостойких сортов из семян. Блестящей пробой сил в этом направлении была задуманная молодым Мичуриным в 1883 году яблоня Ермак. Так назвал отборный сеянец китайки Мичурин, предназначая его в дар нарождавшемуся садоводству Сибири. И Ермак, впервые заплодоносивший в 1888 году, оправдывает имя, которое дал этой яблоне ее творец Мичурин. Ермак быстро завоевывает горячие симпатии первых сибирских садоводов. «Вот, — восторгались сибиряки, — первая яблоня, которая не мерзнет и приносит вкусные яблочки!»

Сибиряки сами сеют семена европейских яблонь — тех самых яблонь, которые упорно не желают «акклиматизироваться» готовыми саженцами в суровых условиях Сибири, и подучают сами сорта, подобные Ермаку, так называемые «полукультурки», с такими же некрупными — весом в 15—20—25 г — плодами. Как и Ермак, эти «полукультурки» несут наследственность китайки, доминирующую в тех сеянцах, которые пощадил (и лоэтому-то и пощадил!) безжалостный сибирский мороз. Сеют семена крупноплодных яблонь Комисаров и Жуков в Омске и Иссыль-Куле, в Томске — Иваницкий, в Красноярске — Олониченко и братья Крутовские, в Минусинске — Миретиков и Никифоров, в Благовещенске — Ефремов, под Владивостоком — Худяков.

Так появляются Анисик омский и Грушевка омская из Омского лесничества, Томский кружок Иваницкого, Тунгус и Карагас в Красноярске и там же Внук Вл. Крутовского, в Минусинске — Любимец Никифорова и Рекорд Миретикова, на Дальнем Востоке — Ефремовское № 1, Худяковское № 1. Появляются десятки и сотни сортов-сеянцев, многие из которых не пошли дальше усадьбы, на которой они были выведены. Далеко не все и они выдержали испытание длительными морозами, и не везде оказались зимостойкими эти полукультурки. Но они были крупным шагом вперед на пути создания сибирского сортимента, в отличие от бесплодного топтания на месте с безнадежной акклиматизацией европейских сортов путем механического их переноса готовыми саженцами из старых районов садоводства.

В расцвете творческих сил Мичурин создает сорт Таежное, опылив в 1906 г. свою первоклассную Кандиль-китайку дикой сибирской яблоней. Само название — Таежное — показывает опять-таки, что Мичурин предназначал этот сорт сибирякам. Но главное и здесь заключалось в мичуринской методике получения новых сортов, равных по зимостойкости которым нет в обширном сортименте яблони.

Следом за Мичуриным, его последователь и пропагандист мичуринских идей, профессор единственного тогда в Сибири Томского университета Кащенко производит в 1909 году опыление сибирской яблони среднерусским Белым наливом, получив Сибирскую багрянку, мало уступающую по зимостойкости своей матери — дикой сибирке.

Так получались ранетки, самые зимостойкие в мире сорта яблони. Их сибиряки разводили по преимуществу там, где не выдерживали сибирского климата полукультурки — китайки. Пусть плоды ранеток были мельче, чем плоды полукультурок — обычный вес яблочек Таежного и Багрянки, как и других ранеток, колеблется в пределах 8—12 г. Но это был уже огромный прогресс по сравнению с дикой сибиркой, которую трудно назвать яблоней, подразумевая плодовое дерево: вес плода этой природной сибирячки составляет всего 0,5—1 г.

Но ранетки мало того, что мелкоплодны. Для потребления в свежем виде яблочки ранеток слишком кислы и терпки. Как все же заполучить в Сибирь «настоящую» крупноплодную яблоню? Мичурин пишет сибирякам: мы не можем победить природу, — как привыкли некоторые самохвалыно говорить. — Но лазейку из трудного положения найти всегда можно. Нужно только присмотреться к сибирской природе и увидеть, что положительным фактором для садоводства таежной Сибири является снег. Формируйте дерево не в обычной для него вертикальной форме, а придавайте ему горизонтальное положение. Первые снегопады укроют такое дерево и сохранят его от резких температурных колебаний, от вымерзания.

Так диалектически решался вопрос о культурной яблоне в Сибири. Но Мичурин показал сибирякам и пути к введению в сибирские сады и груши, и сливы, и вишни.

Следуя примеру Мичурина, широко применявшего в своей селекционной работе зимостойкие дальневосточные формы плодовых растений, хабаровский садовод Лукашев скрещивает в 1909 г. грушу Финляндскую раннюю с дикой природной уссурийской грушей. Таким путем была выведена целая серия новых сортов груши, получивших собирательное название лукашевок.

Известно, что в своей творческой работе Мичурин использовал уссурийскую сливу, степную уральскую вишню. И если на Дальнем Востоке уссурийская слива давно была одомашнена, то позднее она появляется в первых садиках Восточной и Западной Сибири, продвинувшись до Урала, а с Урала в сибирские сады переселилась карликовая степная вишня.

Как это не покажется на первый взгляд странным, оказались незимостойкими европейские сорта даже такого, казалось, непритязательного ягодника, как черная смородина. Замечательно, истинно мичуринским путем, разрешил задачу культуры смородины дальневосточный последователь Мичурина и один из старейших его корреспондентов Худяков. Худякову, как и другим садоводам малоснежных районов Дальнего Востока, приходилось закапывать на зиму землей кусты сортовой черной смородины, иначе они вымерзали. Худяков произвел скрещивание известного европейского сорта черной смородины Лия плодородная с дикой якутской смородиной, так называемой дикушей, или, по-местному, охтой. В результате этой межвидовой географически отдаленной гибридизации Худяков получил высокозимостойкий и урожайный сорт смородины, который назвал Приморским чемпионом.

Народными селекционерами были выведены местные сибирские сорта крыжовника, малины, земляники. Но и они разделяли участь полумультурок и ранеток, часто являясь достоянием лишь той усадьбы, на которой они были выведены.

Это были ласточки, не делавшие весны сибирского садоводства.

Весна для сибирского садоводства пришла в 30-х годах текущего столетия, когда была создана материальная и общественная база для могучего поступательного движения вперед социалистического сельского хозяйства. Колхозный строй открыл сибирскому садоводству широкую дорогу.

На арене сибирского садоводства появилась новая знаменательная фигура колхозника-опытника, опытника-преобразователя, ставшего надежной опорой для реализации мичуринского учения в широких народных массах.

Велика и незабываема роль Мичурина и в это время. В те годы — последние годы жизни Ивана Владимировича — при его непосредственном участии возникла сибирская сеть опытных учреждений научно-исследовательского института имени Мичурина. Перед ними была поставлена задача — ответить на запросы нарождавшегося колхозного садоводства: какими сортами и породами закладывать сады, сколько и в какой пропорции в той или иной гоне садить плодовые деревья и ягодники, и какие именно? И как садить? На каких расстояниях? Как формировать дерево? Словом, что разводить и как ухаживать за садом в специфике сибирского климата. Иначе — дать сортамент и агротехнику сибирского сада.

Эта неотложная работа была проведена, можно сказать, форсированными темпами. Работа облегчалась помощью опытников-колхозников, заложенные которыми первые сады явились своего рода опорными пунктами исследовательской работы по сибирскому садоводству. Обобщение их богатого опыта помогло быстро ответить на насущные вопросы, поставленные перед научными учреждениями Сибири.

И тут выявилось, что хотя сортов было испытано и много, но действительно ценного для колхозного садоводства оказалось сравнительно мало. При этом далеко не все сорта могли удовлетворить запросы и вкусы населения как удовлетворяли на первых порах полукультурки и ранетки первых сибирских садоводов.

Качественно сортимент яблони был повышен в результате испытания и выявления лучших для стелющейся формы крупноплодных сортов.

Еще более бедным оказался сортимент груши, представленный лукашевками, далеко не везде достаточно зимостойкими. Совсем бедным выявился сортимент ягодников: по одному, по два достойных сорта в стандартном сортименте крыжовника, смородины, малины.

Таким образом, вопрос об улучшении и обогащении «сортимента новыми сортами являлся достаточно актуальным. Вопрос селекционной работы, более широкой чем прежде, был поставлен на первое место в повестку дня сибирского садоводства.

Но на первое время, как показал опыт передовых садоводов, и при той сортовой базе, которая была создана пионерами сибирских садов, можно было достигнуть высоких экономических результатов. В Сибири появилось немало колхозов, которые при наличии 10—15-гектарного сада извлекали из него по 100—150 тысяч рублей ежегодного дохода. По два, по три, по четыре миллиона рублей поступило в колхозные кассы от садов, заложенных 15—20 лет назад.

Получению скорых и высоких доходов способствует раннее вступление в период плодоношения сибирских яблонь — с 3—4-летнего возраста — и высокие урожаи, достигаемые передовиками сибирского садоводства.

Садовод Воронков в колхозе им. Сталина Эликмонарского района Алтайского края добился 170 центнеров плодов ранеток с гектара, а садовод Пилипенко из колхоза «Верного груда» Минусинского района Красноярского края достиг наивысшего урожая по стелющимся яблоням — 181 центнер с гектара. В предгорной зоне Алтая, где хорошо удаются груши-лукашевки, урожай их в колхозе им. Мичурина Алтайского района и в подсобном хозяйстве курорта «Белокуриха» Смоленского района составляет по 200—210 ц с га. В степной части Алтая садовод Корниенко в колхозе «Краснофлотец» Локтевского района выращивал на гектаре по 140 ц ягод крыжовника.

Ранетки, как сказано, не пригодны для потребления в свежем виде, но, как показали исследования опытных учреждений, подкрепленные широким производственным опытом, мелкие, кислые и терпкие ранетки представляют превосходный материал для заготовок впрок с технической их переработкой. В колхозах Алтайского края из ранеток делают маринады и варенье, научились вырабатывать из плодов и ягод хорошее вино…

Лучшей иллюстрацией растущей популярности садов Сибири, где основная масса населения до последнего времени не имела о них понятия, является рост плодово-ягодных насаждений. Всесоюзная перепись плодово-ягодных насаждений 1952 года показала наличие в районах Урала, Сибири и Дальнего Востока 40 тысяч гектаров садов, преимущественно колхозных. Напомним, что по существу сибирское садоводство стало расти и развиваться за последние 20 лет. Возьмем, как характерные, цифры по Алтайскому краю. До коллективизации сельского хозяйства, как и повсюду в Сибири, сады здесь были уделом отдельных любителей. В начале 30-х годов появились первые колхозные сады. В 1937 году площадь под плодово-ягодными насаждениями в крае стала составлять уже 847 га, в 1945 году — 2107 га, в 1952 году — 4482 га. Сейчас на Алтае, как и в Омской области, как и в Красноярском крае, площадь садов превышает 5000 га.

Это, конечно, много по сравнению с тем, что было. Но это, безусловно, и бесконечно мало по сравнению с той потребностью в плодах и ягодах, которая с каждым годом растет в индустриальной ныне Сибири с ее могучим вместе с тем размахом сельского хозяйства. Перспективы роста сибирских садов поистине безграничны.

Эти перспективы связаны в первую очередь с дальнейшим усилением повседневной мичуринской работы по совершенствованию и обогащению сибирского сортимента.

За период деятельности сибирских опытных учреждений выдвинулись такие талантливые селекционеры-мичуринцы, как П. А. Жаворонков в Челябинске и П. А Диброва в Свердловске, которые вывели новые превосходные сорта яблони; как Н. Н. Тихонов, ныне работающий на Красноярской опытной станции, много сделавший по селекции косточковых пород и груши; как Д. А. Андрейченко на Новосибирской опытной станции, работающий по селекции ягодников; как А. В. Болоняев и Г. Т. Казьмин а Хабаровске, обогатившие сортимент яблони, груши, сливы и вишни на Дальнем Востоке. В крупных масштабах ведется селекционная работа коллективом Алтайской плодово-ягодной опытной станции, где выведены новые сорта яблони, сливы, смородины, крыжовника, завоевавшие широкое признание садоводов.

В основу селекционной работы в Сибири по яблоне положены ранетки, используемые обычно в качестве материнских сортов при скрещивании с крупноплодными среднерусскими и мичуринскими яблонями. Уссурийская груша по-прежнему служит лучшим исходным материалом для выведения зимостойких сортов по этой дефицитной в Сибири породе. По косточковым — аналитическая селекция, среди уссурийской и карзинской сливы, степной и войлочной вишни. По ягодникам — географически отдаленная гибридизация сибирских форм с европейскими и американскими. Большую службу в селекции черной смородины сослужил худяковский Приморский чемпион со своей ярко выраженной наследственностью сибирской дикуши.

Я не буду задерживать вашего внимания на этом вопросе, интересном преимущественно для плодоводов. Скажу лишь, что сибиряки, выполняя селекционное задание Мичурина, основываясь на его указаниях и его методике, не переносят «юг на север», как образно говорят о продвижении садоводства в Сибирь, а создают оригинальный местный сортимент на биологической основе, резко отличающейся от такого же сортимента старых районов плодоводства.

Что мне хотелось бы здесь отметить, говоря о мичуринской работе на первом ее этапе в Сибири, — это тесное и непосредственное участие в этой работе колхозных садоводов. Они не только испытывают и проверяют в производстве сорта, выведенные научными работниками опытных учреждений, но и сообща с ними ведут селекционную работу. Наиболее яркой фигурой колхозного ученого-селекцнонера является Павел Сергеевич Ермолаев из колхоза «Объединенный труд» Минусинского района Красноярского края. Это не прежний садовод-крестьянин, который выводил новые сорта ощупью, случайно, в наивном расчете получить тот же сорт, семена которого он посеял. Вооруженный мичуринской наукой, прекрасно владея методикой подбора родительских пар и целеустремленного воспитания гибридных организмов, осмысленно и широко применяя метод ментора, Ермолаев вывел ценные сорта яблонь от скрещивания ранеток с крупноплодными сортами.

Или вот новая фигура садовода-любителя. Были среди старых садоводов-опытников подлинные энтузиасты сибирских садов, как Олониченко, Комисаров, Ефремов и ряд других, которых с уважением вспоминает последующее поколение сибирских садоводов. Но было немало и таких, кто, копаясь на своей усадьбе, ревниво оберегал «секреты» своего сада и ни за что не хотел поделиться с соседом черенком с дерева, его «собственного» дерева. Это было присуще тому обществу, в котором эти люди жили. И я с большим удовольствием вижу за столом президиума нашей сессии типичного представителя советских садоводов-любителей — Артемия Кондратьевича Захарова, старого заслуженного железнодорожного машиниста. Я много лет знаю Артемия Кондратьевича, и мне кажется, что нет для него большей радости, как поделиться с другими садоводами своим богатым опытом, своими саженцами, плодами своих трудов; он активно участвовал в озеленении степного города Рубцовска, он, стремясь к тому, чтобы садов в городе было как можно больше, организовывал коллективные заявки «а саженцы; сам неоднократно ездил в питомник за посадочным материалом, чтобы снабдить саженцами новых сагитированных им садоводов-любителей. Я мог бы привести десятки примеров, подлинно мичуринского любовного отношения к садам со стороны таких бескорыстных сибиряков-мичуринцев. О некоторых из них, как о Николае Павловиче Смирнове, с берегов Телецкого озера, можно было бы написать целую героическую поэму…

Новые большие задачи встали теперь перед сибирским садоводством в связи с грандиозной программой освоения целинных земель.

Нам, сибирякам, особо отчетливо видно, что освоение целинных земель — это не просто увеличение посевных площадей, а нечто неизмеримо большее, что по значимости в реконструкции сельского хозяйства Сибири можно поставить вслед за коллективизацией.

По зову Коммунистической партии и советского правительства в Сибирь прибыли и прибывают тысячи новоселов, для многих из которых, переселяющихся из районов развитого садоводства, сад — это традиция, которую они принесут с собой в Сибирь. Наша — сибирских мичуринцев — задача помочь этим товарищам завести сады и помочь им освоить специфику ухода за сибирским садом.

Но это одна сторона вопроса, связанная с благоустройством быта переселенцев. Другая, не менее важная сторона — о ней я расскажу на примере Клавдии Михайловны Сорокиной — переселенки на Алтай из Азово-Черноморья. Дома, на своей родине, Клавдия Михайловна была бригадиром 50-гектарного колхозного сада. Приехала она на Алтай, побывала на нашей станции и загорелась желанием заложить плодово-ягодный сад в колхозе им. Куйбышева — в члены этого колхоза она вступила, — больший чем на ее родине — не 50, а 100 га.

Еще 2—3 года назад такая площадь сибирского колхозного сада показалась бы для многих чрезмерной, и в первую очередь — для правления колхоза. Но сейчас, когда к руководству колхозами пришли крупные партийные и советские работники, озабоченные всесторонним развитием колхозного хозяйства и повышением его доходности, председатели охотно поддерживают начинания садоводов. И в данном случае правление колхоза им. Куйбышева пошло навстречу желанию т. Сорокиной и других приехавших с нею новоселов. МТС подготовила почву под закладку сада, и т. Сорокина этой осенью произвела первые посадки. По перспективному плану, утвержденному правлением, закладка 100-гектарного сада рассчитана на пятилетие.

К закладке подобных крупных садов приступили осенью этого года колхозы Егорьевского и Смоленского районов. Запланировали сады по 50—100 га ряд зерносовхозов, организованных на новых землях, и этой осенью приступили к реализации этих планов.

Это уже шаги к созданию в Сибири товарного садоводства. И в этой связи я не могу, хотя бы коротко, не рассказать о выдающемся новаторе-мичуринце колхозном садоводе Иване Андреевиче Быкове.

В прошлом году Быков в Тальменском районе Алтайского края заложил на 22 га плодово-ягодный сад квадратно гнездовым способом. Тем же способом посажены и межквартальные садозащитные полосы. Это позволяет вести сквозную механизацию обработки почвы в саду вдоль и поперек и по диагонали при минимальной затрате рабочей силы на ручной уход за почвой.

Все новые колхозные и совхозные сады, организуемые на Алтае при нашей консультации, строятся теперь на опыте т. Быкова…

Не так еще давно сибирские питомники опасались «затоваривания». На Алтае нынче дело сложилось так, что почти весь посадочный материал из питомников был распродан по заявкам колхозов, совхозов, школ, садоводов-любителей текущей осенью. К весне, когда спрос на саженцы бывает больше, чем осенью, саженцев осталось очень мало. Встал вопрос о расширении деятельности питомников и о мерах по ускоренному выращиванию саженцев для удовлетворения резко возросшего спроса на посадочный материал для закладки плодовых садов.

Конкретными делами отмечают сибиряки 100-летие со дня рождения вдохновителя, наставника и друга сибирского садоводства Ивана Владимировича Мичурина. И можно сказать, что нигде так ярко и выпукло не проявилась сила мичуринского учения, как в сибирских садах — самых северных садах мира!

Доклад на пленуме юбилейной сессии ВАСХНИЛ, посвященный столетию со дня рождения И. В. Мичурина (октябрь 1955 года).

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: