Факультет

Студентам

Посетителям

Элементы материалистической диалектики в теории Дарвина

Дарвин не связывал, да и не мог связывать проблемы органической эволюции с законами и категориями материалистической диалектики. Тем не менее, его теория, построенная на объективных закономерностях, которым подчиняется историческое развитие живых форм, соответствует основным положениям диалектического материализма.

А. Познание факторов органической эволюции в их взаимных связях. Органический мир трактуется Дарвином, как исторически целостная система, в которой каждое предшествующее звено обусловливает каждое последующее. Виды связаны определенными степенями родства друг с другом. Между ними существует тесная экологическая связь, вырабатывающаяся в условиях сложных взаимоотношений со средой. Эволюция любого вида по теории Дарвина всецело определяется его отношениями с окружающей биотической и абиотической средой. Преобразование вида рассматривается Дарвином, как результат конкурентных отношений с другими видами. В то же время оно сопряжено с изменямостью отношений вида к жизненной обстановке. Приспособления толкуются не просто как определенные морфологические структуры, а в связи с отношениями между организмом и средой. То, что является приспособлением при одних условиях, перестает им быть в других.

Особенно важно подчеркнуть, что Дарвин с предельной четкостью вскрыл картину взаимосвязей между основными факторами эволюции — изменчивостью, наследственностью и отбором. Дарвин впервые показал, что эволюция обеспечивается действием всех трех указанных факторов в их единстве. Если изменчивость и наследственность, сами по себе, не могут обеспечить эволюционный процесс, то, с другой стороны, отбор без изменчивости и наследственности — бессилен. Дарвин с необычайной четкостью показал, наконец, что эволюционный процесс имеет приспособительный характер и что, вскрывая причины приспособлений, тем самым удается вскрыть причины эволюции. Таким образом, все элементы теории Дарвина — изменчивость, наследственность, отбор, процесс приспособляемости, процесс трансформации видов — связаны в единое целое. Трансформация видов органически связывается с причинным ее объяснением. Трансформизм и дарвинизм образуют единую, целостную систему.

Б. Понимание органических форм в их непрерывном развитии. Как было разъяснено в предшествующей главе, процесс эволюции видов, по Дарвину, основывается на выживании наиболее приспособленных форм. «Если в течение долгого периода, — указывает Дарвин, — появляются наследственные изменения, каким бы то ни было образом полезные для известных существ,… тогда немилосердная и постоянная борьба за существование приведет к тому, что полезные видоизменения, как бы они ни были слабы, будут сохраняться или подбираться, а бесполезные и невыгодные будут уничтожаться».

Этот процесс, как было уже разъяснено в главе V, идет рука об руку с выживанием наиболее изменчивых органических форм. Как указывал Дарвин, «потомки какого-нибудь вида будут иметь тем более успеха, чем разнообразнее будет их строение». Следовательно, успех в жизненном состязании неизбежно связан с изменяемостью форм. Чем больше наследственная изменчивость, чем она разнообразнее, тем больше шансов у соответствующих форм оказаться в относительном соответствии с новыми условиями существования.

Возникает, однако, следующий вопрос. Если в сериях последовательных поколений происходит непрерывное изменение форм и выживание наиболее приспособленных, то может ли этот процесс завершиться достижением безотносительной гармонии, когда вид окажется абсолютным совершенством, а дальнейшие изменения его прекратятся?

Теория Дарвина дает на этот вопрос отрицательный ответ. Дальше будут разобраны доказательства, что всякое приспособление остается таковым лишь в определенной жизненной обстановке, за пределами которой оно теряет свое значение.

Применим эти соображения к истории вида. В ряду поколений неизбежно возникают новые формы. С другой стороны, жизненная обстановка, рассматриваемая в историческом аспекте, также изменяется. Изменения организмов и среды, конечно, закономерны, и их результатом будут закономерные изменения отношений между организмом и средой, т. е. изменение приспособлений к последней. В новых условиях нужны новые формы приспособлений или изменение прежних, теряющих свой приспособительный характер в условиях новой или измененной жизненной обстановки. С другой стороны, при наличии изменчивости всегда возникают формы, оказывающиеся в каких-либо отношениях лучше приспособленными к новым условиям, чем прежние формы. Даже минимальное преимущество может иметь решающее значение. Хорошее неизбежно уступает место несколько лучшему, относительно более соответствующему новым отношениям. Из этого видно, что процесс отбора наиболее приспособленных неотвратимо будет продолжаться все дальше и дальше. Практически это означает непрестанность эволюционного процесса. Если изменяемость в ряду поколений данного вида недостаточна, или изменений в нужном направлении нет, то, как правило, такой вид угасает, так как в новых условиях его приспособленность снижается и он теряет способность конкурировать с другими формами.

Без изменений, без эволюции нельзя удержаться в жизни. Поэтому, как указывает Дарвин, изменчивые виды процветают, а мало изменчивые, как правило, угасают и вымирают. Следовательно, эволюция есть необходимость, вытекающая из процессов наследственной изменчивости и отбора.

Мы видим, что в теории Дарвина виды рассматриваются в их развитии. Формула Дарвина: разновидность есть зачинающийся вид, а вид — обособившаяся разновидность — диалектична. Вид трактуется в ней, как динамическая, движущаяся система, как особая форма движения организованной материи, как этап исторического развития живых форм.

В. Элементы диалектического понимания развития в теории Дарвина. Итак, Дарвин показывает, что историческое развитие (движение) есть неотъемлемая черта органической природы. Однако нельзя упускать из виду, что развитие можно трактовать различно. В. И. Ленин (1914) предупреждал о необходимости различать «ходячую идею эволюции» и диалектико-материалистическое понимание ее. В первом случае эволюция толкуется, как чисто количественный процесс, как уменьшение или увеличение (рост), как плавно протекающее изменение форм. Во втором случае оно толкуется как скачкообразное, революционное, с перерывами постепенности, совершающееся путем превращения количества в качество, через разрешение внутренних противоречий, через постоянное возникновение новых форм, обусловливающих вымирание старых, в недрах системы которых они возникли.

Как трактуется развитие в теории Дарвина? На первый взгляд, как будто бы неверно, в «ходячем» смысле. В главе II «Происхождения видов» говорится, что термин «вид» автор считает «совершенно произвольным, придуманным ради удобства…» В главе XV той же книги Дарвин указывает, что его теория делает понятным правило «natura non facit saltum» (природа не делает скачков), которое все более «подтверждается», «по мере расширения наших знаний». Отсюда делается вывод, что теория Дарвина строится на принципе условности границ между видами, на отрицании реальности их. Многие последователи Дарвина возвели принцип условности вида в «дарвинистический» принцип, в основу теории (Геккель и др.).

Эти представления являются, однако, плодом путаницы и недоразумений. Разумеется, если рассматривать виды в исторической перспективе, то нужно их признать временными и преходящими, так как одни виды преобразуются в другие. Однако, в каждый данный исторический момент, наряду с сомнительными видами, связанными переходами с другими, существуют так называемые «хорошие виды», не дающие переходных форм к другим видам и, следовательно, отделенные от них разрывом (hiatus).

Дарвину эти факты были превосходно известны. Более того, самое существо его теории строится на основаниях, весьма близких именно к диалектико-материалистической концепции развития. Рассмотрим доказательства сказанного.

Ленин обосновывает диалектико-материалистическое учение о развитии на почве закона единства и борьбы противоположностей. Развитие любой вещи, явления, организма, биологического вида, общества и т. п. есть «самодвижение», т. е. саморазвитие. Под саморазвитием Ленин понимает, разумеется, не «автономное», изолированное, независимое от окружающей среды развитие. Напротив, под ним понимается возникновение и разрешение антагонистических противоречий, естественно возникающих в самой системе данной вещи, явления, организма, биологического вида, общества и т. п., в их связях, с окружающими условиями.

Ленин («К вопросу о диалектике») конкретизирует понятие о противоречиях в целостной системе на примере отношений двух категорий: отдельного (единичного) и общего. Так, он пишет: «,.. Иван есть человек; Жучка есть собака и т. п. Уже здесь… есть диалектика: отдельное есть общее». Дальше Ленин разъясняет, в чем существа диалектических противоречий между отдельным и общим. Всякое отдельное, например, «Жучка» — не существует иначе, как в той связи, которая ведет к общему. Всякое отдельное есть общее. Жучка есть собака, т. е. обладает признаками, свойственными всем собакам, т. е. общему. Однако суть вопроса в том, что «Всякое общее лишь приблизительно охватывает все отдельные предметы. Всякое отдельное неполно входит в общее и т. д. и т. д.». Например, Жучка, обладая чертами, общими для всех собак, неизбежно обладает своими, отдельными, единичными чертами, делающими ее в известных отношениях непохожей на всех других собак, т. е. индивидуумом. Следовательно, в этих своих единичных, индивидуальных чертах «Жучка» находится в известном противоположении с общим — «собакой вообще». Ее индивидуальные, отдельные черты естественно противополагаются особенностям последней.

Итак, сама система «Жучки» внутренне противоречива. Когда говорится «Жучка есть собака», то уже в этом утверждении противополагаются отдельные и в этом смысле случайные черты ее — тем общим чертам ее же, которые свойственны всем собакам. Эти отношения определяются тем фактом, что в любой особи совмещаются признаки индивидуальные и видовые. Таким образом, в предложении: «Жучка есть собака» вскрываются элементы диалектики, — единство и борьба противоположностей отдельного и общего.

Анализ отношений между отдельным и общим показывает, что всякое отдельное означает некоторое изменение в системе общего. Легко понять, что количественное накопление новых черт возводит отношения между отдельным и общим в ранг антагонистических противоречий. Новые индивидуальности, новое отдельное, в конечном счете, больше не соответствует прежнему общему. В результате количественного накопления возникает новое общее, идущее на смену старому. Ленин подчеркивает, что в ходе диалектического развития отдельное становится общим. Следовательно, накопление количественных изменений приводит, в конечном счете, к новому качеству. Новое качество есть изменение коренное, катастрофическое, перерыв в постепенности развития, разрушение старого и возникновение нового общего, связанного с новыми отдельными. Однако, эти последние, в свою очередь, лишь неполно входят в общее. В новой системе возникаю^ описанные выше процессы. Развитие непрестанно продолжается дальше. Представления Дарвина об эволюции видов приближаются к описанной концепции. Этой последней прежде всего Целиком соответствуют дарвиновские представления об отношениях между особями (отдельное) и видом (общее). В основу процесса Дарвин кладет неопределенные или индивидуальные изменения, т. е. изменения отдельных особей. Структурно вся его теория основывается на том, что новое отдельное — новые индивидуальности, новые мелкие разновидности при известных условиях становятся более крупными разновидностями, эти последние превращаются затем в подвиды, а подвиды становятся новыми видами (новое общее). Дарвин писал: «разновидности… я рассматриваю, как ступени к более резко выраженным и постоянным разновидностям, а эти последние — как ступени к подвидам, а затем и видам». Следовательно, представления Дарвина об индивидуальных, неопределенных наследственных изменениях, как основе эволюции видов, весьма близки к диалектико-материалистическому представлению о развитии. Каков же, по Дарвину, механизм превращения отдельного (индивидуального) в новое общее? Дарвин дает ответ, необычайно близкий к диалектико-материалистическому решению вопроса. Необходимо, прежде всего, помнить, что в любой особи совмещены признаки общие, видовые и признаки единичные, отдельные, индивидуальные.

Далее, нужно помнить, что каждый индивидуум, каждая особь является некоторым уклонением от общего, она всегда есть, пусть весьма мелкий, но новый шаг в развитии. Именно в этом существо индивидуальности. Отсюда ясно, что всякий индивидуум, каждая особь, воспроизводя типичные родительские черты, в то же время вносит в популяцию вида элементы нового (отдельного). А так как особи скрещиваются между собой, то новые черты неизбежно накапливаются, в особенности, если они полезны.

Неоднократно и настойчиво указывает Дарвин на накопляющее действие отбора, как на главный фактор видообразования.

Накопление полезных изменений первоначально — чисто количественный процесс. Практически это выражается в том, что новые особи, отличные от прочих особей вида, систематик относит еще к тому же виду. Отбор приводит к накоплению в организме новой разновидности не только новых полезных изменений, но и изменений, коррелятивно с ними связанных. Происходит глубокая, коренная качественная перестройка организма. Так как особи, обладающие новыми полезными особенностями, численно накопляются в населении старого вида, то в конечном счете они приобретают и более крупное систематическое положение. Если эти новые формы локализовались, например, в определенных местообитаниях, они сплошь и рядом приобретают значение местных (локальных) рас, которые могут обособиться в новые виды. В конечном счете новые неопределенные наследственные изменения, проявившиеся в отдельных особях, становятся новым общим, образуют признаки нового вида.

Дарвин, разумеется, не пользуется терминологией материалиста-диалектика. Однако, суть его теории видообразования весьма близка к диалектико-материалистическим представлениям о развитии отдельного в общее.

Показав, каким образом отдельные неопределенные (индивидуальные) изменения становятся новым общим, Дарвин тем самым показал, что в органической природе происходит процесс перехода количества в качество, полезных изменений — в новые приспособления, отдельных носителей новых полезных изменений — в популяцию нового вида.

Далее, и в этом наиболее замечательная черта теории Дарвина, процесс развития нового вида рисуется им на основе противоречий, конкретно — конкуренции между новыми формами и формами старыми. Дарвин неоднократно подчеркивал, что в ходе исторического развития видов новые формы вытесняют прежние. В главе VI «Происхождения видов» имеется замечательная формулировка диалектической противоречивости развития. Дарвин писал: «родоначальные формы и все промежуточные разновидности должны вообще оказаться истребленными самим процессом образования и совершенствования новой формы».

В системе старого вида возникают новые формы. Их накопление меняет лицо вида. Как указывает Дарвин, «так как с течением времени деятельностью естественного отбора образуются новые виды, то другие должны становиться все более редкими и, наконец, исчезать». Рождение нового влечет за собой гибель старого.

Развитие форм, протекающее на основе антагонистических противоречий между ними, необычайно ярко иллюстрируется в «Происхождении видов» на примере отношений между подвидами одного вида. Дарвин указывает, что наблюдаются случаи, когда между двумя подвидами, занимающими соответствующие части видового ареала, в узкой промежуточной полосе сохраняется промежуточная разновидность, связывающая оба подвида. Если эта промежуточная разновидность представлена относительно небольшим числом особей, то она, в конечном счете, вымирает, так как при малюй численности понижаются шансы на появление благоприятных изменений, и вследствие этого промежуточная разновидность гае выдерживает конкуренции с более многочисленными подвидами.

«Таким образом, в жизненном состязании формы более обыкновенные (в смысле большей распространенности и численности, однако — исторически новые) будут побеждать и вытеснять формы менее распространенные, так как эти последние медленнее изменяются и совершенствуются» («Происхождение видов»).

Естественно, что в результате вымирания промежуточного подвида, между остальными, связывавшимися им подвидами, установится разрыв (hiatus). Такие именно отношения между подвидами одного и того же вида в действительности и наблюдаются в природе. «Новые усовершенствованные разновидности, — писал Дарвин, — будут неуклонно замещать и истреблять старые, менее совершенные и промежуточные разновидности; таким-то образом виды делаются в значительной степени определенными и самостоятельными». В этом дарвиновском положении выявляется подлинная диалектика развития. Новые виды возникают через «раздвоение единого на взаимоисключающие противоположности…» (Ленин).

Для пояснения сказанного обратимся к рассмотрению диаграммы, схематична изображающей процесс видообразования по Дарвину.

Схема процесса видообразования

Схема процесса видообразования. Кружки показывают популяцию вида и заходят друг за друга, чтобы показать, что между последовательными формами имеется преемственность. Маленькие кружка в больших кругах условно обозначают особи, принадлежащие к различным «разновидностям» (но не мутациям!). Горизонтальные линии ограничивают геологические горизонты (a, b, c, … и т. д ). Условно показана диференцировка вида — предка А только на две формы (в действительности, как правило, количество внутривидовых форм много больше). Через накопление особей уклоняющихся «разновидностей’ и вымирание промежуточных форм вида А диференцируется на две новые формы. В сечении горизонта произошел качественный скачок g, образовались новые виды. (Ориг.)

Пусть на протяжении горизонта a существовал вид А, представленный «белыми» особями. Допустим далее, что в следующем поколении, в сечении горизонта b, в популяции вида А появились разновидности, «темно окрашенные» и «полосатые». Обе эти формы, несомненно, находятся в известном противоречии с общим обликом вида. Допустим при этом, что и темная и полосатая окраски — полезны и дают их обладателям некоторые преимущества. Кроме того, они меж собой не конкурируют, в то время как белые формы находятся в условиях интенсивной взаимной конкуренции.

В этих условиях, в ряде следующих друг за другом поколений (с—е) число «темных» и «полосатых» форм возросло, а «белых» уменьшилось. В сечении горизонта b вид диференцировался на три формы: а, b и с. При этом форма a, занимающая промежуточное положение, численно не велика и вследствие этого постепенна вытесняется формами b и с. В результате она вымирает (горизонт g). Прежний вид А исчез, его место занято возникшими в его же системе видами b и с (горизонт h).

Прослеживая весь ряд поколений от a до h, легко констатировать, что он непрерывен (круги a, b, с, d…. заходят друг за друга). Но в то же время этот ряд поколений качественно прерывист. Примерно на линии горизонта g—h количественное накопление новых форм и обусловленное ими вымирание старых форм приводит непрерывный ряд поколений к новому качеству, к качественному скачку, к отмиранию старого, к перерыву постепенности, к образованию новых видов (В и С). Таким образом, в теории Дарвина четко выявляется единство прерывности и непрерывности эволюционного процесса.

Этот момент очень важен. Некоторые исследователи ограниченно толкуют прерывность эволюционного процесса. Они полагают, что прерывность эволюции выражается только в обособленности геологически современных видов (прерывность «по горизонтали», виды В и С). В действительности, основным содержанием понятия о прерывности эволюции является качественная прерывность ее в «вертикальном ряду» (во времени), например, от вида А к видам В и С.

На протяжении любого горизонта, разумеется, можно наблюдать разные степени обособления новых видов. Одни виды вполне обособились и превратились в так называемые «хорошие виды» (хороший вид — bona species), с ясно очерченными признаками отличий. Другие, напротив, находятся в фазе неполного взаимного разделения и рассматриваются, как спорные, «сомнительные» виды, третьи достигли только значения подвидов и т. д. Итак, виды существуют реально, но они развиваются и дают начало новым видам. Такова самая сущность видообразования, выясняющаяся в свете учения Дарвина и составляющая основное содержание его теории видообразования.

Из сказанного ясно, что нет оснований приписывать Дарвину идею о виде, как всегда условной, всегда нереальной категории. Такое представление не вытекает из существа его теории. Виды, разумеется, условны, но только в том смысле, что они временны, так как превращаются в другие виды.

Подводя итоги этой проблеме, Дарвин писал: «я полагаю, что виды обладают довольно хорошо определенными границами, и ни в какой период не бывает неразрешимого хаоса изменяющихся и промежуточных звеньев». Все сказанное свидетельствует о том, что теория Дарвина вскрывает законы диалектического развития биологических видов. Она, прежде всего, демонстрирует закон единства и борьбы противоположностей. Этот закон действует во внутренне противоречивой системе вида, развивающегося через раздвоение на взаимнопротивоположные части. В теории Дарвина выявлен процесс перехода количества в качество, образование качественно новых видовых форм через количественное накопление новых наследственных и коррелятивных изменений в преемственных рядах поколений. Таким образом, показан прерывистый, скачкообразный характер эволюции. Каждый новый вид, возникая в системе предшествующего вида и оставаясь в ходе своего образования связанным с последним непрерывным рядом поколений, является в то же время качественным скачком — перерывом в постепенном развитии. Целостная система вида полна внутренних противоречий, являющихся внутренним источником его необходимого развития.

Однако, внутренние противоречия системы вида возникают, разумеется, из его связей с окружающей средой, абиотическими и биотическими факторами. Эти связи, сами по себе, неизбежно также противоречивы. Противоречивость их и выявляется Дарвином в понятии о борьбе за существование. Организмы борются с физико-химическими факторами среды, добывают пищу, размножаются, защищаются от врагов и, наконец, конкурируют с другими организмами.

Борьба с физико-химическими факторами проистекает из факта неизбежных противоречий между организацией живых форм и условиями среды, к которым они приспособлены всегда лишь относительно. Эти противоречия всегда ведут к преобразованиям систем вида, так как всегда в популяции его имеются особи или группы, в большей мере соответствующие условиям среды, чем предшествующие формы. Однако, их преобладание также относительно, так как и организмы, и условия среды продолжают изменяться и, следовательно, успех новых форм относителен в пространстве и во времени. Поэтому дальнейшее преобразование неизбежно.

Мы видим, что борьба с физико-химическими факторами среды и отношения между особями органически связаны. Но в этих связях, основанных на биологическом неравенстве, имеется другая форма противоречия — несоответствие между размножением (количеством нарождающихся особей), с одной стороны, и наличием средств к существованию (кормовая база, пространства, гнездовья и т. п.), с другой. Количество особей, в ряде случаев, превышает наличные средства к существованию. Отсюда — обострение конкуренции за пищу, за пространство, за гнездовья, за убежища и т. п. В ходе этой конкуренции между особями — биологическое их неравенство, большая или меньшая приспособленность к условиям жизни — приобретают еще большее значение. Существование вида, так же как отдельных особей, построено на сложной системе противоречий. Наличие биологического неравенства особей (преимущественность одних перед другими) становится на основе этих противоречий источником неизбежного преобразования вида, его эволюции.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: